Lanke Chess Edge Глава 361: Конечно же, есть запасной план. Шахматное преимущество Лан Кэ РАНОБЭ
Глава 361: Как и ожидалось, запасной план все еще существует07-29 Глава 361: Как и ожидалось, есть запасной план
По сравнению с Цзюэмином, чудовищное тело Лу Шаньцзюня в этот момент выглядит словно сверчок, стоящий рядом с лапой большой кошки. Золотые глаза, похожие на колеса, вызывали у Цзюэминга и трех старых монахов сильное чувство угнетения.
Особое чувство ужаса распространяется, когда глаза встречаются. Даже трое старых монахов могут смутно слышать, как их собственное сердцебиение становится все громче и громче. Это очень ненормальное состояние ума. Цзюэ Цзянь пострадал, но хотя он знает, что это монстр, он не может ему сопротивляться.
В конце концов, ведущий старый монах имел относительно высокий уровень даосизма и подавил влияние своего душевного состояния. Он сложил руки, чтобы провозгласить имя Будды.
«Хорошо, что великий король Мин Будда Лу, даритель, понимает, что он чрезвычайно важен для нашей буддийской секты. Я, буддийская секта, готов позаботиться обо всех причинах и последствиях его
«Гудун»
Я еще ничего не сказал. Сердце старого монаха внезапно подпрыгнуло, когда он говорил, и все его тело, казалось, покинуло его тело и вернулось в свое тело. душа в одно мгновение.
Тогда старый монах впал в растерянность, его мышцы окоченели, рот не мог открываться и закрываться, и он ничего не мог делать, кроме как тяжело дышать. То же самое было и с двумя другими старыми монахами., которые словно превратились в деревянные фигурки.
Лу Шаньцзюнь выдохнул и поднял вихрь, отбросив трех старых монахов в сторону. Только Цзюэмин, хотя ветер дул его так сильно, что он не мог открыть глаза и даже покачнулся влево и да, он никогда не останавливался.
Во время этого процесса он все еще смотрел на Цзюэмина так, как будто всего остального было недостаточно.
«Хорошо, раз ты хочешь быть свободным, сделай это сам».
Лу Шаньцзюнь 1 взмахнул посохом Дзен, который изначально был встроен в руины дома на расстоянии, и полетел обратно. остановиться перед Чжао Луном.
«Возможно, из-за этих монахов вы не смогли освободиться. Не волнуйтесь, во всем храме Дамин нет ни одного монаха, который мог бы помешать вам сделать это самостоятельно. Используйте магическое оружие Дзенский посох, чтобы уничтожить ваше тело и душу».
Лу Шаньцзюнь опустил голову и приблизился к своим золотым колесам глазам, которые находились всего в 1 футе от Цзюэмина.
«Давайте сделаем это. Тогда, когда вы были пьяны и ваш секрет был подслушан, у вас не хватило смелости вынести последствия испорченной репутации. Теперь вам нужно иметь смелость покончить с собой, верно??»
О силе дзэнского жезла в 2 предложениях Слова Чжао Луна о том, что его тело и душа были уничтожены, были чепухой, сказанной Лу Шаньцзюнем. Он вообще не разбирался в буддийском магическом оружии, но у него было его собственный план, как сказать это.
Волны демонического пламени окружают монаха Цзюэмина. Гигантские глаза монстра с золотым колесом подобны огромному бледно-золотому отражению. Фигура в монашеских одеждах также постоянно усиливает эмоции в его сердце, добрые и злые. Правильно или неправильно.
Монах Цзюэмин посмотрел на посох дзэн, плавающий перед ним. Огромные золотые глаза Лу Шаньцзюня служили фоном, еще больше подчеркивающим святость этого серебряного посоха дзэн.
Хотя Цзи Юань в данный момент находился в облаках, его глаза Дхармы были полностью открыты. Кроме того, весь храм Дамин был полон демонической ауры и буддийской дхармы. Тело Чжао Луна также было чрезвычайно особенным и редким. что позволило Цзи Юаню все ясно увидеть.
По мнению Цзи Юаня, Лу Шаньцзюнь в этот момент использовал особые магические силы.
‘Увлекательно смотреть на стоящие в зеркале предметы как на отражение святой формы!.
Я не знаю, был ли этот метод чем-то, о чем Лу Шаньцзюнь думал временно, или это может быть просто интуитивное приложение, например, увеличение тусклого света в комнате, чтобы сделать пятна на лице более заметными. бросается в глаза, как для гостей, так и для самого хозяина дома. Видимо интуитивно.
В этой ситуации, возможно, только Лу Шаньцзюнь может видеть что-то глубоко в своем сердце, но глаза Цзи Юаньфа могут видеть что-то еще, например, слабую золотую пленку, покрывающую тело Чжао Луна. Неясный свет струится с текстом Буддийские писания. Интересно, видел ли это Лу Шаньцзюнь?
Цзюэмин дрожащим голосом поднял руку и медленно потянулся к посоху Дзен. Он слегка остановился в тот момент, когда коснулся посоха Дзен, а затем взял его в руки.
«Даже в этом случае меня нельзя считать истинным монахом».
Пробормотал Цзюэминг, схватив посох Дзен и размахивая им наружу. Мышцы на его руках также слегка опухли, а затем он закрыл глаза и выпучился. Истинная энергия и удача сильно ударили по его Тяньлин Гаю.
«Данг»
Первый удар посоха Дзен не попал в шапку Тяньлин Цзюэминга, но попал в один из вытянутых когтей Лу Шаньцзюня, издав звук золота и железа.
Когда Цзюэмин открыл глаза и удивленно посмотрел на Лу Шаньцзюня, последний уже заговорил первым.
«Смерть — это легко, но раз уж вы загадали такое великое желание бесконечной жизни и неизмеримых плодов, могут ли эти монахи так нервничать, думаете ли вы, что вы тоже буддийский ученик, и действительно ли вы планируете это сделать?»?»
Цзюмин увидел, что различные эмоции Лу Шаньцзюня достигли своего пика как раз тогда, когда он ударил его посохом Дзен. Теперь, несмотря на взлеты и падения, его настроение стало очень спокойным, и он спросил.
«Что думает тигр? Позволь мне спуститься с горы, чтобы заплатить за свои грехи, а затем умереть?»
Лу Шаньцзюнь ухмыльнулся и покачал головой, обнажая острые клыки.
«Даже если я могу вам поверить, я не могу поверить этим монахам, которые могут вас сдержать. Поскольку вы уже молились о смерти, все еще существует метод, который не может понять, о чем вы думаете, но он может позволить мне по-настоящему познать доброту вашего сердца. Изменение зла покажет, сможет ли искренность отплатить за плоды нашего завета с вами. Это не повлияет на то, сможете ли вы практиковать дзен и выполнить свои обеты.»
«Какой метод?»
«Ха-ха-ха, это очень просто. Позволь мне, если я тебя съем, я превращу тебя в монаха и призрака. Я смогу видеть насквозь твои изменения в добре и зле., и узнай, благочестивы ты или нет. Пока я не вмешиваюсь, ты можешь практиковать Дзен, возвращать причину и следствие и даже устранять необходимость в милостыне.
Цзюмин немного нелепо рассмеялся.
«Тогда почему ты мне так много рассказываешь? Ты можешь проглотить меня в любой момент, и это не имеет никакого отношения к тому, сопротивляюсь я или нет. Мастер Настоятель и весь Храм Дамин не смогут остановить тебя, так кто я?.
«Нет-нет, если бы я не знал, что ты действительно хочешь умереть, я бы действительно не смог тебя проглотить..
Лу Шаньцзюнь поднял голову и посмотрел на статую короля Мина, сидящую в зале вдалеке. В этот момент статуя короля Мина, покрытая золотой фольгой, была торжественной и торжественной. Длинный яркая лампа осветила изображение Дхармы слабым золотым светом.
«Вы, воплощение короля Мина из храма Дамин, было пропитано неизмеримой Дхармой Будды. Я думал, что этот храм был просто видимостью. Только что я использовал свой сверхъестественная сила взглянула на свое тело и поняла, что большая часть воплощения короля Мин Мина, неизмеримой Дхармы Будды, находится в вас!
Лу Шаньцзюнь опустил голову и снова посмотрел на Цзюэмина.
«Чжао Лун, раз уж ты ищешь освобождения, то рассей Дхарму Будды из своего тела. Я знаю, что ты не понимаешь». Это, но Дхарма следует за вашим сердцем. Вам просто нужно повторять сутры с преданностью и думать в своем сердце, что Дхарма принадлежит королю Мину. Печать Дхармы на вашем теле медленно исчезнет, и к тому времени я смогу проглотить тебя!.
Цзи Юань посмотрел на то, что происходило внизу, и не мог не наблюдать, как Лу Шаньцзюнь слегка кивнул. Конечно же, Лу Шаньцзюнь все еще знал, что у Чжао Луна есть запасной план.
Буддийская Дхарма в воплощении короля Мина действительно может течь напрямую. Если она может быть достигнута в смертном человеке, который даже не является буддийским практикующим, он будет подобен живому просветленному королю.
Цзи Юань подозревал, что буддизм Чжао Луна, посвященный королю Мину, развивался постепенно. Он медленно привлекал силу короля Мина под статуей короля Мина. Этот процесс был медленным и неощутимым, и сам Чжао Лун Я не знаю, возможно, именно этот талант является причиной того, что Храм Дамин так нервничает по поводу Чжао Луна.
Пока природа Будды Чжао Луна просветлена и он действительно стремится к буддизму, его будущее будет безграничным, и Храм Дамин также возвысится.
Лу Шаньцзюнь, вероятно, только что увидел, что в Чжао Луне скрыты глубокие буддийские учения, а Цзи Юань догадался о возможной природе этого уровня только через слова Лу Шаньцзюня.
Если бы Лу Шаньцзюнь не заметил этого и проглотил Чжао Луна, несмотря ни на что, это было бы»расстраивающе» и было бы очень серьезно. Даже если бы он непосредственно убил Чжао Луна, он мог бы активировать силу короля Мин и сделать Чжао Луна физическим воплощением короля Мина.
«Как гениально!.»
Цзи Юань не мог не похвалить, и ему было еще больше любопытно, какой мастер сможет обнаружить эту точку и направить ее. Это может быть только руководство и не может быть методом высшего монаха, потому что даже если король Мин приходит лично, возможно, он не сможет этого сделать.
У этого мастера тоже было то же имя, что и у Хуэйтуна, которого он знал вначале, но Цзи Юань не думал, что это один и тот же монах.
‘Но мой ученик тоже неплох!.
Сам Чжао Лун мечтает о бесконечной жизни и неизмеримых плодах. Кроме того, особое тело считается краеугольным камнем принятия власти короля Мин. Лу Шаньцзюнь попросил Чжао Луна активно отвергать буддизм и рассеять силу короля Мина. Это значит разрушить фундамент. Только Чжао может сделать это. Лонг сам может сделать это, даже не планируя судьбу.
Конечно, легко убить одним мечом или сгореть заживо глотком огня, но разве это считается?
«Хорошо, что мне делать?»
Цзюмин, три старых монаха рядом с отверстием, которые были разъедены злыми духами и чьи конечности не могли контролировать свои движения, выглядели чрезвычайно взволнованными. Он держит»хо-хо».
Лу Шаньцзюнь проигнорировал их и просто улыбнулся.
«Это несложно. Вы можете просто повторять любую сутру, которую знаете. Даже если вы не знаете, как ее читать, это нормально, если вы хотите очистить свое тело, не притворяйтесь, что иметь посторонние предметы и желать держаться подальше от Дхармы».
Теперь, когда все произошло, Чуэминг мало что сказал, просто сел, скрестив ноги, и начал петь сутры. После двух вдохов золотая лента- словно сутры Дхармы начали выплывать из его тела, и на них даже можно было увидеть золотой свет. Монах, знающий слова, может понять, что это именно так.
В этот момент все тело Чжао Луна приобрело золотой цвет, который был намного сильнее, чем предыдущее состояние, благословленное Дхармой Будды тремя старыми монахами. У него просто появилось чувство Ваджры.
«Скажите Будде, чтобы он сел, и мы с вами одного духа; царь Мин Тяньлунь изначально принял решение»
Монах Цзюэминг читал сутру с преданностью, но Дхарма на его тело продолжало уходить, образуя золотую реку Дхармы, текущую сзади Статуя короля Мина в главном зале.
Лу Шаньцзюнь просто равнодушно смотрел на эту сцену. В этот момент он был готов поверить, что Чжао Лун действительно был искренен. Однако Чжао Лун, шарлатан, был обращен в веру. Возможно, только храм Дамин будет решительно возражайте против этого.
Но г-на Лу Шаня не будет волновать, если они продержат Чжао Луна в храме Дамин несколько лет.
Хотя в буддизме много добродетельных и выдающихся монахов, у многих монахов также есть личные мысли. Лу Шаньцзюнь думает, что именно так обстоит дело и в храме Дамин. Он не будет вмешиваться в ненужные дела буддизма, но у него нет проблем с Чжао Луном, независимо от того, эмоционален он или рационален.
И, как уже упоминалось, вполне возможно стать верховным монахом после того, как съел контракт между Чжао Луном и Девятью героями и стал мошенником.
Современные буддисты всегда говорили, что можно стать Буддой и стать призраком в чистилище. По крайней мере, он, Лу Шаньцзюнь, никогда не будет вмешиваться в желание и возмещение Чжао Луна, но он больше не может вместить силу воплощение статуи короля Мина в храме Дамин. Вот и все, но какое отношение это имеет к Лу Шаньцзюню и какое отношение это имеет к Чжао Луну?
Время постепенно шло, и золотой цвет на теле Цзюэминга становился все светлее и светлее, пока он повторял сутру снова и снова.
Однако Цзи Юань в небе перевел взгляд с площади храма Дамин на главный зал храма. Свет золотого тела Чжао Луна становился все слабее и слабее, и золотое тело в направлении Главный зал становился всё сильнее и сильнее.
Все было тихо, за исключением пения Чжао Луна, но Цзи Юань чувствовал некую вибрацию, которая через короткий промежуток времени начала усиливаться. Даже Лу Шаньцзюнь на этот раз этого не почувствовал..
Грохот, Грохот, Грохот
«Я действительно больше не могу с этим поделать!.»
Следующий момент размышлений о судьбе.
Кисть
Золотой свет поднимается из главного зала храма Дамин.
«Буддизм безграничен»
Из главного зала раздался торжественный и величественный голос. Золотой свет образовал нимб. Голос Будды появился здесь и прошел через весь храм Дамин. Все люди, которые изначально были шокированы Лу Шаньцзюнем, были подавлены. Монахи, жившие там, просыпались один за другим.
«Грохот»
Ворота и стена двора в направлении главного зала взорвались прямо в дым, и огромный золотой отпечаток ладони Будды вылетел среди молний и кремней прямо навстречу Господин Лу Шань.
«Рев»»Бах»
При стремительном столкновении огромное тело монстра проскользнуло на несколько футов, прежде чем остановиться.
Трое старых монахов были так взволнованы, что сложили руки и поклонились главному залу.
«Добро пожаловать ко мне, король Будда Мин!»
Читать»Шахматное преимущество Лан Кэ» Глава 361: Конечно же, есть запасной план. Lanke Chess Edge
Автор: It’s really troublesome
Перевод: Artificial_Intelligence
