The Imperial Concubine Just Wants To Be a Salted Fish Every Day Глава 956 — Мать Императорская Наложница хочет каждый день быть Соленой Рыбкой РАНОБЭ
Глава 956: Мать 10-30 Глава 956: Мать
Услышав слова Сяо Линфэна, Юй Саннян и Юнь Кэсинь совсем не почувствовали себя счастливыми.
Они даже почувствовали небольшое сожаление.
Если бы они могли вернуться в деревню с Чжоу, даже если бы они умерли, по крайней мере, они могли бы умереть вместе со своей семьей и друзьями, и они не были бы такими, как сейчас, все их родственники и друзья мертвы, одиноки и не знают, что делать. Жизнь наполнена лишь отчаянием и печалью.
Ли Цинъянь спросил:»Как зовут тех людей, которые утверждают, что они дезертиры? Как они выглядят?»
Сказал Юй Саннян, пытаясь вспомнить.
«Их всегда принимал вождь деревни. Я никогда не общался с ними. Я только знаю, что их много. Их вождь выглядит очень молодым, в ему чуть больше 20, и он очень красив. Я не имею в виду, что он похож на девушку, я имею в виду, что черты его лица очень тонкие, а кожа очень белая.
Сяо Линфэн не мог помочь. но перебила:»Его зовут Юй 9?»
Юй Саннян покачала головой:»Это не значит, что он сказал, что его зовут Чэнь Ци».
Сяо Линфэн все еще не сдавалась..
Он вынул портрет из рук
«Этот человек выглядит так?»
Он развернул портрет и протянул его Ю Санняну. Хэ Юнь Кэсинь жестом показал чтобы они присмотрелись повнимательнее.
Когда они увидели выражение лица мужчины на портрете, они сразу заметили очевидные изменения.
Юнь Кэсинь, казалось, хотела что-то сказать, но не могла, поэтому могла только издавать тревожные звуки.
Юй Саннян без колебаний сказал:»Это он! Он привел группу людей в нашу деревню!»
Сяо Линфэн посмотрел на Ли Цинъяня.
Ли Цинъянь никогда не видел Юя 9 и не знает, что сделал Юй 9, но он знает, что на этот раз Сяо Линфэн здесь, чтобы арестовать предателя. Нет человека, который мог бы заставить Сяо Линфэна нести предателя. с ним портрет, кроме человека, которого он хочет арестовать на этот раз. Других повстанцев быть не должно.
Другими словами, группа людей, вошедших в деревню Дафу под видом дезертиров, на самом деле была группой разыскиваемых повстанцев.
Могло ли быть так, что, как догадался Сяо Линфэн, это произошло потому, что кто-то в деревне Дафу случайно обнаружил истинную личность группы предателей? Чтобы скрыть свое местонахождение, предатели вырезали всю деревню, чтобы избежать будущих неприятностей.?
Правда имеет смысл, но Ли Цинъянь всегда чувствует себя немного неловко.
Он смутно чувствовал, что это дело не так просто, как казалось.
Сяо Линфэн задал еще много вопросов.
Но Юй Саннян и Юн Кэсинь знали очень мало и не могли дать много подсказок.
Они ждали 2 дня и 1 ночь, и наконец прибыли правительственные чиновники.
Пришел не только У Цзо, но и местный окружной судья лично пришел и привел с собой нескольких полицейских.
Окружной судья был измотан после дневного пути, но не осмелился отдохнуть. Когда он увидел Ли Цинъяня и Сяо Линфэна, он поспешил вперед и уважительно поклонил руки.
Ли Цинъянь попросил У Цзо немедленно пойти на вскрытие.
Всего сюда были доставлены 2 человека из правительства округа.
Им пришлось работать с 12 обгоревшими трупами.
К счастью, нашлись детективы, которые помогли им снять большое напряжение и не позволили им двоим умереть от истощения на месте.
После осмотра метод смерти каждого трупа был в основном одинаковым: его убивали ножом, а затем сжигали до обгоревшего трупа.
Эта палка в основном соответствует предыдущему предположению Сяо Линфэна.
Ли Цинъянь спокойно проанализировал.
«Я помню, что во многих семьях в деревне были собаки.
Даже если все дома спали, собаки обязательно лаяли, когда слышали, как врываются посторонние.
Это обязательно встревожит окружающих вас людей.
Какой бы жестокой ни была группа повстанцев, их всего несколько человек.
В деревне более десятка человек.
Огромная разница в численности не должна позволить этим повстанцам так легко убить их всех».
Сяо Линфэн поддержал свои слова.
«Если только они не были убиты другими Его накачали наркотиками, и он впал в кому, как бы громко не лаяла собака, это было бы бесполезно.
Ли Цинъянь посмотрел на двух рабочих и спросил глубоким голосом.
«Можно ли обнаружить, что эти умершие были накачаны наркотиками перед смертью?.
Два сотрудника одновременно покачали головами, чтобы выразить, что они не могут этого выяснить.
Наркотики не похожи на яды. Яды имеют очевидные остатки. Наркотики не имеют другого эффекта. кроме того, что вызывает у людей сонливость. Это трудно обнаружить.
После того, как все обгоревшие трупы были осмотрены, Ли Цинъянь лично возглавил рытье ям для захоронения этих трупов.
Это было слишком поздно делать временные гробы, и их можно было только использовать. Трупы были завернуты в соломенные циновки и похоронены один за другим.
Юнь Кэсинь и Юй Саннян преклонили колени возле могилы.
Юй Саннян так плакал. так сильно, что слезы текли по ее лицу.
Юнь Кэсинь просто тупо смотрела на обгоревшие трупы, чувствуя себя так, будто ее сильно ударили, а в голове гудело от нереального ощущения.
Она надеется, что все это ложь.
Она надеялась, что ей просто приснился кошмар.
Когда она проснулась ото сна, она увидела свою мать, старейшин и друзей в деревне.
Но крик Юй Санняна рядом с ней продолжал напоминать ей об этом.
Это правда.
Их дома больше нет.
Их родственники и друзья тоже ушли.
За одну ночь они потеряли все, и все, что осталось, — это темные и искривленные обугленные трупы перед ними.
Когда Ли Цинъянь собиралась нести тело Чжоу для захоронения, Юнь Кэсинь внезапно пришла в себя.
Она бросилась вперед и обняла тело Чжоу, отказываясь отпускать. Ее слезы упали, и она безудержно заплакала.
У нее больше нет отца, а мать — ее последняя родственница в этом мире.
Но теперь даже этого последнего родственника больше нет.
Огромное горе охватило ее и поглотило рассудок.
Она не хочет разлучаться со своей матерью, она хочет остаться с ней навсегда!
Ли Цинъянь нежно обнимал ее и утешал снова и снова.
Даже если ее матери больше нет, он все еще у нее.
Он станет ее семьей, останется с ней навсегда, будет заботиться о ней, защищать ее, станет опорой ее жизни и поддержит ее в новом мире.
Настроение Юнь Кэсиня постепенно успокоилось.
Ее пальцы медленно расслабились.
Ли Цинъянь взглянул на последователей.
Последователи немедленно завернули тело Чжоу в соломенные циновки, осторожно подняли его и положили в яму.
Эту яму выкопал сам Ли Цинъянь, он вырыл ее очень глубоко, чтобы дикие звери в горах не выкопали тело снова.
Последователи начали забрасывать землю в яму бульдозером.
Видя, как госпожу Чжоу постепенно закапывают в землю, Юнь Кэ подумала, что никогда больше не увидит свою мать в этой жизни, и ее горе стало еще сильнее.
Она хотела, чтобы эти люди остановились. Она хотела снова увидеть свою мать.
Она хотела позвонить матери.
Самым большим желанием госпожи Чжоу при ее жизни было услышать, как ее дочь зовет мать.
То, чего она не слышала при жизни, по крайней мере, позволит ей сделать это после смерти.
Юнь Кэсинь открыла рот и закричала изо всех сил.
Однако он мог выкрикнуть только один трудный тон.
«Аааа!»
Ли Цинъянь обняла ее крепче и молча утешила.
Зрение Юнь Кэсинь было полностью затуманено слезами, и она ничего не могла ясно видеть.
Но она все еще пытается снова и снова.
После стольких попыток она наконец выкрикнула давно сдерживаемый крик.
«Мама!»
Читать»Императорская Наложница хочет каждый день быть Соленой Рыбкой» Глава 956 — Мать The Imperial Concubine Just Wants To Be a Salted Fish Every Day
Автор: Daguoli
Перевод: Artificial_Intelligence
