«Мальчик, что ты сказал?» Вэй Тинфэн не очень-то добродушный человек. Он до мозга костей ненавидит Е Ли. Иначе зачем бы он всегда шел против Чжу Цзуна? «Какой необразованный парень».

«Вэй Тинфэн, ты ищешь смерти?»

Холодные глаза Лань Жусюэ заставили Вэй Тинфэна содрогнуться.

Е Иньчжу — внук Е Ли, а также внук Лань Жусюэ. У Лань Жусюэ и Е Ли плохие отношения. Но этот внук не откажет ему.

«Э-э… Жусюэ. Я не о тебе. Ладно, я ничего не скажу».

По какой-то причине Вэй Тинфэн, который противостоял Е Ли, тут же отступил, увидев Лань Жусюэ.

Даже с улыбкой на лице.

«Поскольку Е Тянь решил бросить вызов новому лидеру секты бамбука Е Иньчжу. Тогда давайте начнем сейчас».

Верховный старейшина Вэй Мин сказал легкомысленно.

Лань Жусюэ внезапно повернула голову и посмотрела на Вэй Мина: «Старейшина Вэй. Иньчжу еще ребенок».

Вэй Мин спокойно сказал: «Но Е Ли решил передать ему пост лидера секты бамбука. Независимо от того, сколько ему лет, теперь он представляет позицию лидера секты бамбука. Кроме того, этот вызов также был предложен сектой бамбука. Мы не имеем права вмешиваться».

Е Тянь вздохнул: «Ладно, Иньчжу. Второй Дедушка будет спарринговаться с тобой. Если проиграешь, не забудь свое обещание только что. Старший брат. Мне жаль».

Е Ли собирался остановить его. Но он обнаружил, что Цинь Шан тянет его за руку. Когда он обернулся, то обнаружил, что Цинь Шан кивнул ему.

Хотя Е Ли не понял смысла слов Цинь Шана.

Но он знал, что его старый друг никогда не причинит вреда Иньчжу.

Говоря о заботе об Иньчжу, он был обеспокоен даже больше, чем он сам.

Знаете. В секте бамбука 2000 учеников.

В секте Цинь есть только Е Иньчжу в качестве единственного ученика.

Все люди, которые изначально сидели, переместились на край двора.

Они покинули просторный двор площадью 500 квадратных метров.

В центре площадки остались только Е Иньчжу и Е Тянь.

«Второй дедушка, пожалуйста».

Е Иньчжу не испытывал никаких неприязненных чувств к Е Тяню. В конце концов, он был его вторым дедушкой, и с его точки зрения он не ошибался.

Однако, поскольку должность лидера секты бамбука была передана ему его дедом, он должен доказать своему деду и всем в восьми сектах Дунлуна, что у него есть сила занять эту должность.

«Иньчжу. Будь осторожен».

Е Тянь кивнул Е Иньчжу. Он заложил одну руку за спину.

Он слегка помахал левой рукой в воздухе.

Слабый фиолетовый свет вспыхнул и исчез, и с легким щелчком ветка упала из воздуха и приземлилась в руке Е Тяня.

Его ладонь слегка коснулась ветки, и разбросанные на ней ветки и листья бесшумно исчезли, оставив только падающий порошок в воздухе.

Е Тянь продемонстрировал такое мастерство.

Лицо Е Ли не могло не стать еще уродливее.

Все остальные присутствующие мастера секты выразили удивление. Фиолетовый уровень является символом силы.

Гордое бамбуковое фехтование секты Чжу уделяет наибольшее внимание балансу.

Бамбуковый боевой дух, достигающий уровня фиолетового бамбука, чрезвычайно силен.

Среди четырех сект боевых искусств.

Хотя общая сила секты Чжу уступает секте Мэй и секте Лань, боевой дух секты Чжу является самым сильным среди всех сект.

Секта Цзюй на стороне была тайно удивлена и задумалась.

Когда второй сын семьи Е также совершенствовался до фиолетового уровня.

Этот начальный этап фиолетового уровня не сопоставим с желтым уровнем девятого уровня!

Е Иньчжу посмотрел на Е Тяня, держащего ветку.

Зная, что он не хотел запугивать слабых и не хотел причинять себе вред, глядя на его свободные движения и гармоничный фиолетовый бамбуковый боевой дух, Е Иньчжу немедленно сосредоточился на нем.

Он вообще не смел быть небрежным. Он знал, что даже если его боевой дух не хуже, чем у Е Тяня, он никогда не сможет сравниться со вторым дедом, который десятилетиями был погружен в него в гордом бамбуковом фехтовании.

Однако.

В это время Е Иньчжу никогда не показывал слабости.

Он был направлен не на Е Тяня, а на других людей из Восьми Сект Дунлуна, которые наблюдали за битвой.

«Второй Дедушка, пожалуйста, сделай ход».

Говоря это, он сделал то же движение, что и Е Тянь, заложив левую руку за спину и вытянув правую вперед, делая жест приглашения, но в руке у него не было никакого оружия.

@圈@Е Тянь на мгновение был ошеломлен. «Иньчжу. Где твой меч?»

@子@Е Иньчжу на мгновение задумался и сказал: «Это мой меч».

Говоря это, он махнул рукой и просто поймал опавший осенью лист.

Увядшие желтые листья упали между указательным и средним пальцами его правой руки.

Казалось, что он может сломаться в любой момент.

Лицо Е Тяня изменилось, и люди из Восьми Сект Дунлуна, которые наблюдали за битвой вокруг него, также изменили свои цвета в то же время. На этот раз даже Цинь Шан нахмурился.

Он подумал про себя, что этот ребенок даже не воспользуется звуковым клинком. Как раз когда он оттащил Е Ли, он уже использовал ментальные волны, чтобы передать сообщение Е Иньчжу.

Пусть он использует звуковой клинок, чтобы атаковать неожиданно и отрезать оружие Е Тяня, этого будет достаточно, чтобы победить.

Цинь Шан давно рассудил, что Е Тянь не будет использовать настоящий меч, чтобы сражаться с Е Иньчжу.

Но в этот раз реакция Е Иньчжу была такой, как будто он вообще не слышал его указаний.

По сравнению с мертвыми листьями и ветвями, они гораздо более хрупкие.

Действия Е Иньчжу заключаются в том, чтобы сказать всем, что он никогда не воспользуется оружием. Глаза Е Тяня немного разозлились: «Какой сумасшедший мальчишка.

Кажется, мне действительно нужно преподать тебе урок от имени моего старшего брата». Тело следует за мечом.

Ye Tian сделал небольшой шаг и подошел к Ye Yinzhu. Лавандовый ореол сгустился на ветвях, что было даже жестче меча.

Кончик меча превратился в бесчисленные бамбуковые тени, которые покрыли все тело Ye Yinzhu.

Ye Yinzhu был естественно знаком с техникой меча Aozhu. Эта часть тени меча действительно атаковала его плечи.

Видно, что даже в гневе Ye Tian все еще имел некоторые сомнения и не хотел причинять ему боль.

Ye Yinzhu не двигался.

Он никогда не двигался.

Наблюдая за занавесом меча, покрывающим его тело.

В последний раз он сражался со своим отцом в Миланской академии магии и боевых искусств.

Когда Ye Zhong действительно показал тайну фехтования Aozhu, он не мог взять даже один меч, но теперь все по-другому.

В это время он не только овладел тонкостями фехтования Aozhu, но и его сила действительно поднялась до фиолетового уровня.

Имея опыт боя с Черным Фениксом, кто из воинов того же уровня может быть быстрее Черного Феникса?

Увидев, что тень меча приближается, Е Иньчжу вообще не двинулся с места.

Е Тянь немного запаниковал. Хотя он и атаковал плечи Е Иньчжу, его боевой дух все-таки был на уровне фиолетового бамбука.

После удара это был бы тяжелый удар. Подумав о магическом наряде Е Иньчжу, Е Тянь поспешно немного отвел свой боевой дух и в то же время слегка отвел тень меча в стороны.

Как только Е Тянь использовал свой изысканный контроль, чтобы переместить меч для атаки цели, Е Иньчжу наконец двинулся.

В этот момент он, казалось, слился с тенью меча, нанесенной Е Тянем, и его тело сместилось в сторону, и просто бросился вперед, прямо врезавшись в тень меча Е Тяньди, и в то же время его правая рука была поднята, как молния.

В одно мгновение.

Е Тянь ясно увидел, что почти сломанный мертвый лист в руке Е Иньчжу полностью стал фиолетовым.

Пых, ах, ах, ах, ах, ах, ах, ах… Раздалась серия звуков энергии земли.

Когда тело сдвинулось, Е Иньчжу и Е Тянь поменялись местами.

Е Тянь стоял неподвижно, даже не обернувшись, чтобы посмотреть на Е Иньчжу. В его руке был только небольшой кусочек ветки.

И прямо на месте его сердца был отпечатан мертвый лист, который все еще был в пальцах Е Иньчжу.

Битва от начала до конца длилась всего мгновение.

Все присутствующие были сильными людьми из Восьми Сект Дунлуна. За исключением лидеров Четырех Сект Магии, у которых было худшее зрение, все остальные ясно видели, что произошло.

Позиция, в которую Е Иньчжу решил ворваться, была самым слабым направлением фехтования Е Тяня.

В момент прорыва через середину лист в его руке превратился в острый клинок под воздействием боевого духа пурпурного бамбука, а краем листа ветка в руке Е Тяня была разрезана на куски.

Наконец, листья отпечатались прямо на одежде Е Тяня в области сердца. Если бы Е Иньчжу хотел жизни Е Тяня, даже десять Е Тяней умерли бы в тот момент.

Е Иньчжу стоял, заложив руки за спину.

С начала и до конца битвы.

Его левая рука всегда была за спиной, как у Е Тяня.

Е Тянь хотел, чтобы он позволил ему это, но он не воспользовался этим.

«Второй Дедушка, никогда не недооценивай своего противника.

Ты проиграл психологически».

Слова Е Иньчжу звенели в ушах Е Тяня. Медленно обернувшись, его лицо стало крайне уродливым.

«Это не считается. Это не считается.

Очевидно, что Е Лаоэр готов сдаться». Вэй Тинфэн недовольно крикнул.

Не было никакого поведения, которое должен был иметь действующий глава секты Цзюй.

Е Иньчжу легко взглянул на него.

Улыбка внезапно появилась в уголке его рта.

«В таком случае, как насчет того, чтобы попросить старших из секты Хризантемы научить меня?

Я готов поспорить с тобой на должность главы секты Бамбук. Если ты проиграешь, глава секты Хризантемы отдаст ее мне. Если я проиграю, я отдам ее тебе. Что ты думаешь?»

Голос Вэй Тинфэна резко оборвался. Он откинулся на спинку сиденья с неестественным выражением лица. Он выглядел так, будто ничего не слышал.

Среди присутствующих, за исключением Е Чжуна и его жены, только его боевой дух все еще был эквивалентен восьмому уровню синего уровня Хуанджу.

Он прекрасно знал разницу между желтым и фиолетовым уровнями Восьми Сект Восточного Дракона. Если бы он был противником Е Иньчжу, ему вообще не понадобились бы никакие навыки, и он мог бы напрямую превзойти его по боевому духу. Насколько бы он ни был умен, он, естественно, не унижался.

Он все еще бормотал, что не будет спорить с молодым поколением.

Е Ли тупо уставился на своего внука.

На самом деле, среди присутствовавших в это время людей единственными, кто не мог тупо уставиться на Е Иньчжу, были Вэй Тинфэн, который только что кричал, и противник Е Иньчжу Е Тянь.

Фиолетовый уровень, фиолетовый бамбуковый боевой дух, все повторяли эти два слова в своих сердцах. Сколько лет Е Иньчжу? Ему нет и восемнадцати в этом году! Более того, он не является преемником старейшин, тайно совершенствуемых Восьми Сектами Дунлуна, и он не получил особого метода совершенствования пробуждения просветления. Он достиг уровня фиолетового бамбука в возрасте восемнадцати лет, полагаясь исключительно на свое собственное совершенствование.

Это, надо сказать, чудо во всех Восьми Сектах Дунлуна.

Беспрецедентное чудо.

Медлительность Цинь Шаня была наиболее очевидной. В это время он продолжал думать о том, что сказал Е Иньчжу, когда впервые встретил его.

Боевой дух находится на том же уровне, что и магия.

Другими словами, его боевой дух — это боевой дух фиолетового бамбука, поэтому.

Магия Цинь также должна достичь уровня фиолетового сердца цинь!

Никто лучше Цинь Шаня не знает, какое совершенствование было у Е Иньчжу раньше.

Когда он только что покинул Синее Небесное Море больше года назад, он все еще был на девятом уровне Невинного Сердца Цинь. Всего за год он фактически перепрыгнул на десять уровней и вошел в фиолетовый уровень.

Это вообще нельзя назвать невероятным.

«Встречайте Мастера Секты». Лицо Е Тяня постепенно вернулось в нормальное состояние. Как второй по старшинству в Бамбуковой секте, он не был таким толстокожим, как Хризантемовая секта.

Несмотря ни на что, в конце концов он проиграл.

Хотя он немного не хотел этого, неоспоримым фактом было то, что Е Иньчжу достиг Пурпурного бамбукового доу ци до восемнадцати лет.

После короткого поражения Е Тянь в это время был более взволнован.

Он ясно чувствовал, что пришло время возвышения Бамбуковой секты.

Когда он говорил, тело Е Тяня преклонило колени перед Е Иньчжу, словно толкая золотую гору и опрокидывая нефритовый столб. Он почтительно отсалютовал в соответствии с уникальным этикетом Бамбуковой секты.

Е Иньчжу был не только его племянником, но и настоящим Мастером Бамбуковой секты.

«Второй дедушка, нет необходимости быть вежливым». Е Иньчжу поспешно шагнул вперед и поднял Е Тяня.

Завершить битву одним ударом означало установить престиж.

Хотя он воспользовался разумом Е Тяньди, чтобы победить, его сила фиолетового уровня, несомненно, была продемонстрирована.

Застой у всех возвращался в нормальное состояние один за другим.

Два мастера Секты живописи и Секты шахмат, казалось, что-то бормотали.

Е Иньчжу, казалось, слышал, как они упоминали имена Ма Ляна и Чан Хао.

Лицо великого старейшины Вэй Мина выглядело очень уродливо. Он никогда не думал, что Секта бамбука не только не потеряла лицо перед многими сильными мужчинами Восьми сект Дунлуна, но и значительно улучшила свой статус.

Фиолетовый уровень молодого поколения отличается от уровня старшего поколения.

Е Иньчжу меньше восемнадцати лет! Его будущее развитие можно описать только как безграничное.

«Е Ли. У тебя хороший внук». Беспомощно.

Вэй Мин кивнул, что также было расценено как признание личности Е Иньчжу как нового мастера секты Цинь.

Е Ли просто вернулся в нормальное состояние и пристально посмотрел на внука.

За двадцать лет он никогда не был так взволнован, как сегодня.

Лицо, которое Е Иньчжу вернул ему, заставило предыдущего мастера секты бамбука полностью выпрямить спину.

Взглянув на Лань Жусюэ.

Кажется, оно говорило: «Смотри, без тебя». Я тоже воспитал хорошего внука.

Лань Жусюэ холодно фыркнул.

«Некоторые люди должны уйти».

Е Ли ничего не сказал. Он повернулся.

Он вышел с высоко поднятой головой.

«Брат Е. Подожди минутку». Голос Цинь Шаня остановил Е Ли.

«Старый Цинь. Что ты делаешь? Я не имею права больше оставаться». Сказал Е Ли, не оглядываясь.

Цинь Шан улыбнулся и сказал: «Даже если ты хочешь уйти, ты должен взять с собой Е Лао Эра! Ты действительно сердишься на него как на брата? Он также ради блага Чжу Цзуна. Теперь Инь Чжу был признан им, верно? Это равносильно тому, что тебя признал весь твой Чжу Цзун».

Е Ли медленно повернулся, взглянул на Е Тяня рядом с Е Инь Чжу и сказал несчастно: «Старый Второй, почему ты все еще здесь? Ты позволяешь другим выгнать тебя? Пойдем со мной скорее».

«Я здесь, старший брат».

Е Тянь неловко подошел к Е Ли. Он прошептал: «Большой брат, пожалуйста, перестань называть меня Лао Эром? У меня ведь не нет имени».

Е Ли посмотрел на него. «Второй — это второй. Ты все еще хочешь сесть на мою голову? Пойдем».

«Подожди. Я тоже!» Цинь Шан рассмеялся.

Он подошел к Е Иньчжу.

Он оглядел всех присутствующих.

Он улыбнулся и сказал: «Я ленивый, как старый Е Ли. Поскольку он свободен, я больше не хочу ни о чем заботиться. У меня есть только Иньчжу в качестве ученика, и положение лидера секты Цинь перейдет к нему. В нашей секте Цинь нас всего двое. Но никто не пришел, чтобы остановить нас. Иньчжу. Отныне ты лидер секты Цинь. На самом деле, твой дедушка и я уже дали тебе знаки секты Цинь и бамбуковой секты. Знак секты Цинь — это пять древних цитр, а знак твоей бамбуковой секты — Биси. Ты должен его хорошо хранить».

«Цинь Шан, Е Ли. Остановись прямо здесь».

Вэй Мин был в ярости и сердито остановил троих людей, которые собирались уйти.

«О? Что-нибудь еще, великий старейшина?» Цинь Шан обернулся и спросил.

Вэй Мин сердито сказал: «Вы считаете, что должность лидера Восьми Сект Дунлуна — это товар?

Вы просто так от неё отказываетесь? В истории Восьми Сект никогда не было человека, который занимал бы должность лидера двух сект. Более того, он является лидером как боевых искусств, так и магии. Именем Верховного Старейшины я отвергаю ваше отречение». Цинь Шан спокойно сказал: «Хотя прецедента не было, предковые заповеди Восьми Сект никогда не говорили, что один человек не может занимать должность лидера двух сект. Должность лидера наших Восьми Сект Дунлуна должна занимать добродетельная личность. Поскольку Е Ли и я оба считаем, что Е Иньчжу может сидеть на этой должности, то, естественно, её следует передать ему». Если Ци Шан все еще немного беспокоился о Е Иньчжу раньше, когда он увидел боевой дух фиолетового бамбука Е Иньчжу и оценил уровень магии фортепиано Е Иньчжу, ему не о чем было беспокоиться. Он верил, что ученик, которого он сам обучил, сможет выполнить эту работу.

И теперь противоречие между Восьмью Сектами Дунлуна и Циньчэна может разрешить только Е Иньчжу, и он хочет разрешить это противоречие.

Прежде всего, Е Иньчжу должен иметь достаточный статус в Восьми Сектах Дунлуна, что также является первоначальным намерением его и Е Ли уступить место Е Иньчжу.

Прежде чем великий старейшина Вэй Мин снова заговорил. Два брата семьи Е и Цинь Шан уже ушли с Е Чжуном и его женой. Перед тем как уйти, Е Чжун бросил взгляд на сына, сказав ему подождать его в особняке лорда.

Е Иньчжу вернулся к бабушке и сел. На этот раз его статус был совершенно иным, чем прежде.

Служа главой двух сект, его статус напрямую превосходил статус других шести сект.

В конце концов, Бамбуковая секта занимала центральное положение среди восьми сект Дунлуна.

Хотя в секте Цинь были только он и Цинь Шан, магия секты Цинь была признана лучшей в Дунлуне.

Вся аудитория молчала. В это время. Все в Дунлуне даже не знали, что обсуждать дальше.

Спустя долгое время заговорила Лань Жусюэ, которая была ближе всего к Е Иньчжу.

«Иньчжу, все, что только что сказал Цинь Шан, правда?»

Е Иньчжу спросил в ответ: «Бабушка, как ты думаешь, я бы шутил о таком?

Только что Верховный старейшина Вэймин также сказал, что я родился в Восьми сектах Дунлуна.

Даже если я недоволен Цзюэди Земли Дунлун, во мне также течет кровь людей Дунлуна. В таком вопросе жизни и смерти невозможно обмануть. Вы можете расследовать это дело. Я не единственный, кто выжил в рейтинговом турнире Семи Наций Семи Драконов в то время».

Лань Жусюэ вздохнула и сказала: «Но все обречено. Новости о создании империи Дунлун, вероятно, уже распространились по всему континенту. Если мы выйдем и скажем, что сейчас ничего подобного нет, как мы, Восемь Сект Дунлуна, сможем призвать наших соотечественников с черными волосами и черными глазами восстановить империю? На этом этапе должна быть создана империя Дунлун. И Циньчэн — лучшее место для нас, чтобы пустить корни. Поскольку ты также признаешь, что являешься частью Дунлуна, бабушка надеется, что ты сможешь отказаться от своих собственных интересов ради будущего Дунлуна. Хорошо? Обещай бабушке. Пожертвуй Циньчэн ради будущего империи Дунлун». Глядя на Лань Жусюэ, глаза Е Иньчжу стали холодными и жесткими, и он очень твердо покачал головой. Он сказал: «Извини, бабушка, я не могу согласиться с этим. Потому что теперь Циньчэн не только мой интерес. Может быть, ты видела, когда пришла сюда, что здесь есть и другие расы.

Все они мои друзья, приглашенные мной, а не подчиненные Циньчэна. Циньчэн, который постепенно строится сейчас, достраивается на основе совместных усилий всех. Циньчэн не принадлежит мне одному, и я не имею права передавать его Дунлуну. Если люди наших Восьми Сект Дунлуна хотят остаться и быть защищенными Циньчэном, то у меня нет выбора, кроме как сделать это. В конце концов, вы все мои родственники и соклановцы. Однако, если Восемь Сект хотят контролировать Циньчэн, это абсолютно невозможно. При нынешнем безрассудном поведении Восьми Сект, если Циньчэн будет передан тебе, будет только разрушение, и я не смогу объяснить это другим партнерам в Циньчэне. Это мое мнение. Пожалуйста, хорошенько подумай об этом. Бабушка, я ухожу первым».

Сказав это, Е Иньчжу встал и вышел прямо наружу. Все присутствующие смотрели ему вслед. Но никто его не остановил, но глаза некоторых людей стали чрезвычайно холодными.

Посмотрев в спину уходящего внука, Лань Жусюэ горько улыбнулся.

Он был таким же упрямым, как и он.

Какой дедушка, такой и внук!

«Циньчэн отказывается править. Как ты думаешь, что нам с этим делать?» — холодно сказал Вэй Мин.

Сегодня ему один за другим противоречили семья Е Иньчжу и Цинь Шан, и его гнев достиг определенного уровня.

Вэй Тинфэн появился снова. «Великий старейшина, есть ли необходимость колебаться? Поскольку они отказываются править, мы должны подавить их силой. Для этого маленького города Цинь нам достаточно принять меры в секте Хризантемы. Пока мы полностью уничтожим их, кто посмеет не подчиниться нашим приказам?

В то время мы будем хозяевами города Цинь.

Церемония основания империи Дунлун также может пройти гладко».

«Вэй Тинфэн, тебе лучше заткнуться. Что касается предложений секты Хризантемы, я надеюсь дождаться возвращения мастера секты Вэй Линфэна, прежде чем обсуждать это». Лидер шахматной секты Не Пин, наконец, не мог не заговорить. Повторные крики Вэй Тинфэна вызвали его недовольство. Среди восьми сект Дунлуна. Четыре магические секты находятся в слабом положении. Как лидер четырех магических сект, секта Цинь пострадала от подавления секты Хризантемы, что также вызвало у них сопротивление к той же крови.

При выборе медленного развития или прямого создания страны.

Среди четырех магических сект, Шахматная секта и Секта Живописи поддерживают сторону Цинь Шаня и Е Ли. Только Книжная секта и другие секты боевых искусств поддерживают создание страны.

Кроме того, единое заявление трех Великих Старейшин привело к этому безрассудному поведению. Мэй Цин, великий старейшина, сказал глубоким голосом: «Старейшина Вэй, я думаю, нам следует подождать, пока не вернутся люди из клана Цзюй и клана Мэй.

В конце концов, единственная королевская родословная империи Дунлун не вернулась благополучно. Сейчас не время для проведения церемонии основания. После возвращения двух лидеров секты мы тщательно изучим, как интегрироваться с Циньчэном. Империя только что была создана, и убийство — не лучший выбор. Более того, Е Иньчжу стал лидером клана Чжу и пользуется его поддержкой. С Цинь Шаном и Е Ли, если мы действительно начнем действовать, это может нанести большой урон нашей жизненной силе. По моему мнению, Циньчэн не так прост, как кажется. Я думаю, вы также почувствовали, что в этих горах Бруннер есть несколько мощных аур, которых достаточно, чтобы угрожать нашему Дунлуну».

Вэй Мин перевел взгляд на Лань Жусюэ сбоку: «Старейшина Лань, что ты думаешь?».

Лань Жусюэ сказал: «Я согласен с мнением старейшины Мэй.

Все решится после возвращения двух мастеров сект Мэй и Цзюй».

Вэй Мин тайно вздохнул. Хотя он поддерживал мнение своего племянника Вэй Тинфэна в своем сердце, он был менее склонен следовать большинству. Не только секта Ци была недовольна Вэй Тинфэном. Лидеры сект Хуа и Лань также выглядели недовольными. Сейчас неподходящее время для принятия решения.

«В этом случае.

Давайте последуем тому, что сказали два старейшины. Все решится после возвращения двух мастеров сект Мэй и Цзюй. Все отправляйтесь отдыхать». Вэй Мин сделал окончательный вывод.

«Подождите минутку».

Лань Жусюэ внезапно сказал: «Я надеюсь, что каждая секта будет хорошо управлять своими учениками. До того, как собрание секты примет окончательное решение, никому не позволено конфликтовать с Циньчэном, чтобы избежать обострения конфликтов и навлечь на себя еще большие неприятности».

За исключением Вэй Тинфэна. Все остальные подсознательно кивнули.

Все они знали, что решение Лань Жусюэ было лучшим выходом на данный момент.

Выйдя со двора.

Е Иньчжу почувствовал небольшое облегчение, но беспокойство в его сердце усилилось.

То, что сказал Вэй Мин, было правильно. В конце концов, он родился в Восьми Сектах Дунлуна!

Кровь гуще воды. Как он мог пойти против Восьми Сект Дунлуна?

Давайте не будем говорить о том, может ли сила Циньчэна конкурировать с Восьми Сектами Дунлуна.

Могу ли я действительно что-то сделать со своим собственным народом?

Ответ — нет.

@Круг@Возвращаюсь в особняк Лорда. Моя семья ждет здесь, даже Аня и Цзы там.

@Zi@»Иньчжу. Я устроила Яньло и остальных. Тебе не нужно беспокоиться. Как дела?» Можно сказать, что Аня самая встревоженная. Эльфы наконец-то укоренились в Циньчэне!

@Net@Ye Иньчжу вздохнула. «Я не знаю, как они решат, но я сделала публичное заявление. Я никогда не откажусь от власти над Циньчэном, сестра Аня, Цзы. Не волнуйся, я обязательно сделаю то, что обещала тебе».

Аня тихо вздохнула.

«Жаль, что времени так мало. Если нам дадут еще несколько лет на развитие, а у Циньчэна будет достаточно сил, никто не посмеет бросить нам вызов в Циньчэне».

Услышав слова Ани, Е Ли сбоку с некоторым недовольством сказала: «Девочка, ты не можешь так говорить. Иньчжу — член Восьми Сект Дунлуна. Хотя я не согласна с нынешней практикой Восьми Сект, с моей точки зрения, Циньчэн — это Восемь Сект Дунлуна».

Аня слегка улыбнулась и сказала: «Дедушка Е, ты дедушка Иньчжу, я тебя уважаю. Но я лучше не буду называть тебя маленькой девочкой. Я эльф, мне в этом году больше 400 лет. По возрасту, боюсь…»

Лицо Е Ли слегка изменилось, она фыркнула, но больше ничего не сказала.

Е Иньчжу бросил на Аню жалостливый взгляд.

Аня беспомощно покачала головой и сказала: «Иньчжу, этот вопрос должен быть решен должным образом, иначе. Я все еще могу контролировать эльфов. Но гномы и племена гоблинов были последними, кто вошел в наш город Цинь. Эти две расы слишком чувствительны, и они больше всего боятся быть порабощенными. Ты тоже должна подумать о них. Ты понимаешь, о чем я?» [wap***网***，]

Е Иньчжу кивнул. Он горько улыбнулся и сказал: «Конечно, я знаю.

Сестра Аня, пожалуйста, дай мне немного времени. Честно говоря, я не думал о решении этого вопроса».

Аня сказала глубоким голосом: «Иньчжу. Этот вопрос касается будущей безопасности наших четырех кланов и будущего более 20 000 человек в Циньчэне. Ты должен принять решение. Даже если Восемь сект Дунлуна действительно хотят начать военную атаку на нас, мы не боимся. Ты знаешь, насколько силен Циньчэн. Мы не хотим тебя смущать. Но на самом деле нет другого способа решить этот вопрос. На самом деле, нет ничего невозможного в том, чтобы позволить Восьми сектам Дунлуна стать лидерами Циньчэна. Но наша суть в том, что Восемь сект Дунлуна должны возглавляться тобой, и ты должен стать верховным правителем Восьми сект Дунлуна».

«Я? Как это возможно? Даже если я стал лидером Сект Чжу и Секты Цинь. Но мое старшинство низкое среди восьми сект. Не говоря уже о моем статусе, это почти невозможно». Е Иньчжу нахмурился от боли.

Цинь Шан вздохнул: «Я не ожидал, что прибытие наших Восьми Сект Восточного Дракона принесет вам столько хлопот. Честно говоря, когда мы приехали, мы вообще не знали ситуации в городе Цинь. По нашему мнению, это должно быть просто обычное место с прекрасным географическим положением. Но мы не знали, что город Цинь быстро развивался в ваше отсутствие. Иньчжу, ваш дедушка и я не имеем мнения по этому вопросу. Поскольку вы заняли наше положение, вы должны показать способности двух сект. Лучшим решением на данный момент, вероятно, является сосуществование. Эти горы Бруннер достаточно обширны. Если наши Восемь Сект Восточного Дракона смогут сосуществовать с изначальными жителями вашего города Цинь, это также временный вариант. Что касается будущего, то оно зависит от вас. Вы должны помнить, что независимо от того, когда, этот континент говорит силой. Когда у вас есть подавляющая сила, ваши слова станут приказами, даже если вы прикажете Восьми Сектам Восточного Дракона».

Е Ли взглянул на Цинь Шаня. «Старый Цинь, ты учишь моего внука бунтовать? Хотя я недоволен этими ребятами. Но как члены Дунлонга, мы в секте Чжу не должны делать таких вещей». Цинь Шань несчастно сказал: «Что ты имеешь в виду под бунтом? Я просто надеюсь, что Инь Чжу сможет повести восемь сект Дунлонга по светлой дороге. Среди молодого поколения восьми сект, кто может обладать потенциалом Инь Чжу? Будущее нашей империи Дунлонг принадлежит Инь Чжу». Глаза Цинь Шаня сверкнули.

Несколько беспомощно он сказал: «Забудь, мне все равно, Иньчжу. Ты можешь делать все, что хочешь. Просто помни. Что бы ни случилось, твои два деда всегда будут рядом с тобой, но ты должен пообещать мне. Что бы ни случилось потом, ты не можешь принести беду Чжуцзуну, то есть. Чжуцзун не будет сражаться с племенем за тебя. Убийство друг друга — это то, чего мы никогда не хотим видеть».

Е Иньчжу твердо кивнул: «Дедушка, что бы ни случилось, я никогда этого не допущу. Даже если нам действительно придется сражаться. Я постараюсь сделать все возможное, чтобы свести борьбу к минимуму. Дунлун также не хочет масштабных жертв. Я думаю, что наш Циньчэн все еще обладает силой поддерживать мир».

Обернулся.

Глядя на Аню и Цзы, «Сестра Аня. Цзы, я решил, что невозможно прогнать Восемь Сект Восточного Дракона. Я не пойду на них войной. В настоящее время лучший способ — мирно сосуществовать, по крайней мере временно. Горы Бруннер все еще под нашим контролем. Сейчас нам больше всего нужно время для развития».

Аня вздохнула с облегчением и сказала: «Временное мирное сосуществование — это тоже крайний вариант».

Е Иньчжу сказал: «Сестра Аня. Цзы, пожалуйста, отведи своих людей на отдых в горы близ Циньчэна и жди моих новостей. В то же время, пожалуйста, попроси воинов-гномов, включая Мина, быть готовыми. Хотя гражданской войны в Циньчэне не будет, у нас должно быть достаточно сдерживающей силы. Только так мы сможем получить столицу, чтобы выступить перед этими упрямыми людьми из Восьми Сект Восточного Дракона».

Е Иньчжу был глубоко разочарован Восемью Сектами Восточного Дракона.

Необдуманное решение привело Восемь Сект Восточного Дракона к крайнему кризису.

Закрытие Французской Синей не означает, что они не знают всего о внешнем мире.

А что, если они снимут закрытие на полпути?

Не говоря уже о Восьми Сектах Восточного Дракона.

Я боюсь, что весь город Цинь будет уничтожен. Теперь мы можем делать только один шаг за раз.

Я надеюсь, что Фалан не снимет блокаду.

«Иньчжу. Выходи на минутку».

В этот момент из-за Особняка Лорда внезапно раздался холодный голос.

Е Иньчжу узнал, что это голос его бабушки Лань Жусюэ. Он подсознательно посмотрел на своего дедушку.

Е Ли кивнул Е Иньчжу: «Иди. Хоть она и немного упряма, она все-таки твоя бабушка».

Е Иньчжу согласился и быстро вышел из Особняка Лорда.

Лань Жусюэ тихо стояла снаружи Особняка Лорда, глядя на Е Инчжу, которая вышла, со сложным светом в глазах. «Прошло двадцать лет. Даже внук так вырос, Иньчжу, бабушка жалеет тебя. С того момента, как ты родилась, и до сих пор. Я вижу тебя впервые.

Я никогда не выполняла обязанности бабушки».

Глядя на постепенно покрасневшие глаза Лань Жусюэ, сердце Е Инчжу смягчилось. «Бабушка, не будь такой.

Я знаю, у тебя должны быть свои причины, у тебя и дедушки…»