Том 15. Разделение Неба и Земли. Глава 22. Поклонение

Небо было лазурным, словно первоклассная селадоновая керамика.

Огромный боевой порядок, окружностью в десять миль, всё ещё парил в небе, как и двести с лишним лет назад.

Год за годом изнутри строя время от времени доносился грохот.

Очевидно, Сюн Хэй, запертый внутри, всё ещё жив!

Под горой Очаровывающей Ю находились несколько тысяч воинов из пруда Чёрного Дракона.

Все эти Божества болтали или тренировались от скуки.

Кроме того, были и те, кто вскипел от ярости и начал ругаться.

Прошло уже больше двухсот лет.

Ну почему же этот Лорд Сюн Хэй просто не признает своё поражение?

Или, может быть, он мог бы сберечь часть своих сил, зачем ему продолжать сопротивляться?

Он не мог выбраться более двухсот лет, неужели он думает, что ещё сможет?

Спросил старик с пышными короткими зелёными волосами, сидя на камне, скрестив ноги.

Рядом с этим стариком стояло несколько десятков Божеств.

Среди них женщина с фиолетовыми волосами холодно сгорбилась и сказала: «Старый Зелёный Голова, не спорь здесь без необходимости».

Лорда Сюн Хэя не из тех, кого можно оценивать как угодно.

Посмотрите, как Лорд Сюн Хэй непрерывно атакует, даже будучи запертым в строе.

Прошло более двухсот лет, а он всё ещё не сдаётся.

Думаете ли вы, что способны обладать таким же упорством, как Лорд Сюн Хэй?

Если да, то я тоже буду вами восхищаться.

Он знает, что не сможет сломить его, но всё равно продолжает пытаться.

Другие говорили, что истинный облик лорда Сюн Хэя — медведь.

Раньше я в этом сомневался.

Однако теперь, похоже, это правда.

— Сказал учёный с улыбкой на лице, откинувшись на спину на большом дереве.

Прямой перевод: Сюн Хэй — чёрный медведь.

Значит, Сюн Ловец на самом деле мог означать Ловец Медведей.

Но, эй, я не хотел строить догадки?

Для скучающих божеств, обладавших чрезвычайно долгой жизнью, когда они видели, как их начальники падают с большой высоты, это также доставляло им немало удовольствия.

Хотя обычно они были чрезвычайно почтительны к Сюн Хэю.

Цинь Юй сидел, скрестив ноги, на сгустке зелёного света.

Этот сгусток зелёного света казался облаком.

Цинь Юй сидел так уже более двухсот лет.

За последние двести с лишним лет Цинь Юй ни разу не двигался с этой позы.

Брови Цинь Юя были слегка приподняты.

На его лице появилась лёгкая улыбка.

Он сказал: «Сюн Хэй, прошло уже больше двухсот лет.

Сколько ещё ты собираешься упорно сопротивляться этому?»

Как я уже говорил, если ты встанешь на колени и трижды отвесишь мне низкий поклон, стукнувшись головой о землю в знак признания поражения, я немедленно выпущу тебя.

Сюн Хэй, запертый в великом строю, сейчас был одет только в большие трусы.

Его грудь, покрытая чёрными волосами, была совершенно открыта.

Его обнажённые бёдра также были покрыты чёрными волосами.

Если не смотреть на его лицо, он действительно был похож на медведя.

Фух, фых! Сюн Хэй отставил свою шипастую дубинку в сторону.

Он сидел на земле, задыхаясь.

Сюн Хэй повернул голову и посмотрел на белую стену перед собой.

Стена была настолько белой, что смотрела прямо на него.

Затем он посмотрел на зелёный проход рядом со стеной.

Он был таким зелёным, что его чуть не стошнило.

Они были слишком монотонными.

Его топтали больше двухсот лет.

Этот Цинь Юй совсем сумасшедший.

Сюн Хэй сжал кулаки от гнева.

Его трясло.

Чёрт, пару лет назад всё было ещё хорошо.

Но почему в эти пару лет он нападает на меня, хотя я и не крушу стены?

Со временем Цинь Юй всё лучше и лучше интегрировал методы Уничтожающего Массива с Методом Захвата.

Экспериментирование было лучшим методом обучения.

Эти более чем двухсотлетние знания были гораздо эффективнее, чем когда Цинь Юй анализировал теории формационных массивов несколько десятков тысяч лет.

Если бы этот Сюн Хэй действительно унижался и молил о прощении, Цинь Юй был бы очень недоволен отпустить такого замечательного подопытного.

Где же найти ещё одно Небесное Божество для экспериментов?

Более того, это Небесное Божество не умерло легко.

Надолго ли вы действительно планируете заточить меня здесь?

Сюн Юй внезапно поднял голову и взревел.

Его взгляд был полон гнева, горя и негодования.

Не волнуйтесь, у меня ещё много неиспользованных приёмов.

Путь формационных матриц — безграничный путь.

Если бы вы позволили мне не торопиться и экспериментировать, то даже если бы я экспериментировал десять тысяч лет, миллион лет или сто миллионов лет, я всё равно не достиг бы своего предела.

Слова Цинь Юя были наполнены уникальным чувством.

Он словно влюбился в формационные матрицы.

Сюн Хэй, ты должен гордиться тем, что смог испытать все эти формационные матрицы.

Сюн Хэй был на грани обморока.

Если бы он начал тренироваться в уединении, он смог бы тренироваться миллионы лет, ни о чём не беспокоясь.

Если бы он сражался с кем-то в напряжённой схватке, то мог бы сражаться несколько тысяч лет без каких-либо проблем.

Однако, оказавшись в ловушке этого Захватывающего Массива, он подвергался непрекращающимся безжалостным мучениям.

Это мучило его душевное состояние.

Сухой, унылый, однообразный пейзаж вокруг вызывал у него головную боль, стоило ему взглянуть на эти цвета.

Голова болела так сильно, что, казалось, вот-вот взорвётся.

Всё это довело Сюн Хэя до предела.

Особенно когда он думал о том, как эти безумные и напряжённые дни будут длиться бесконечно.

Сюн Хэй дрожал.

Даже его душа трепетала.

Сюн Хэй стиснул зубы.

Внезапно он поднял голову и решительно произнёс: Цинь Юй, господин Цинь Юй, умоляю вас, простите меня.

Ах, простите меня.

Это я, у которого были глаза, но я не узнал гору Тайшань.

Это я оскорбил вас!

Сюн Хэй больше не мог сопротивляться.

О?

Просить прощения?

Но не забывай, я уже говорил, что тебе нужно трижды стукнуться головой о землю.

— Сказал Цинь Юй с улыбкой на лице.

Цинь Юй всё ещё помнил, каким тираническим и высокомерным был Сюн Хэй, когда командовал своей армией и прибыл на гору Очаровывающую Ю. Он неистово крушил всё вокруг своей шипастой дубинкой.

Однако теперь его жалкий вид был поистине таким, что вздыхать было невыносимо.

Низкий поклон?

Сюн Хэй весь дрожал.

Его тёмное лицо стало тёмно-красным, как ягодицы обезьяны.

В таком случае, можешь подождать ещё сто или два миллиона лет.

Возможно, мой дух будет воодушевлён, и я смогу проводить исследования более ста миллионов лет.

Ты можешь просто продолжать медленно ждать в этом великом строю Сюн Траппера.

Голос Цинь Юя был по-прежнему безразличен.

Сто миллионов лет?

Пот капал по лбу и щекам Сюн Хэя, размером с бусинки.

Сюн Хэй потёр лицо толстой тёмной рукой.

Пот капал на пол.

Сюн Хэй всё ещё не поднимал головы, и было неизвестно, о чём он думал.

После долгого молчания.

Цинь Юй, если ты согласишься на мою просьбу, я немедленно поклонюсь.

Сюн Хэй поднял голову.

Его взгляд был полон решимости.

Цинь Юй был удивлён.

Этот глупый Сюн и правда собирался поклониться?

Цинь Юй считал, что небесные божества обычно чрезвычайно высокомерны.

Сбить их с толку крайне сложно.

Говори, что это за просьба?

– с улыбкой спросил Цинь Юй.

Цинь Юю было любопытно, что хочет сказать Сюн Хэй.

Если я действительно кланяюсь тебе, то ты должен пообещать мне, что не расскажешь другим о моём кланянии тебе.

— торжественно сказал Сюн Хэй.

Хорошо, обещаю.

— прямо сказал Цинь Юй.

Господин Цинь Юй, пожалуйста, дай мне обещание, чтобы я чувствовал себя спокойно.

— Сюн Хэй продолжил свою просьбу.

Цинь Юй, однако, улыбнулся.

— Хорошо, хорошо, обещаю.

Клянусь Небесами, если я сегодня расскажу другим о кланянии Сюн Хэя мне, то навлеку на себя гнев Небес!

Только тогда Сюн Хэй вздохнул с облегчением.

Господин Цинь Юй, я признаю своё поражение.

Сюн Хэй резко встал.

Затем он опустился на колени.

Он трижды громко ударил головой об землю.

Эти три кланяния, пока моя голова ударялась об землю, — я молю, чтобы господин Цинь Юй простил меня.

Пожалуйста, прости меня.

Произнеся эти слова, Сюн Хэй всё ещё не отрывал лба от земли.

Он ждал ответа Цинь Юя.

В этот момент сердце Сюн Хэя взмыло от ярости.

Цинь Юй, как только я выйду, я обязательно заставлю тебя пожалеть о твоём поведении и сегодняшних поступках.

Я заставлю тебя заплатить стократно, тысячекратно за то, что ты со мной сегодня сделал!

Ха-ха, получить три поклона от Небесного Божества – гораздо сложнее, чем убить Небесное Божество.

Ха-ха.

Раздался громкий смех Цинь Юя.

Лицо Сюн Хэя тут же потемнело ещё больше.

И в этот момент Сетка Ловушек, состоящая из красного, белого, чёрного, зелёного и золотого цветов, начала рушиться.

Бесчисленные стены превратились в бесчисленные огни.

Бесчисленные знаки, печати и символы тоже начали рассеиваться.

Сюн Хэй поднял голову и посмотрел на небо.

Он увидел лазурное небо и безупречно белые плывущие облака. Он опустил голову и посмотрел на землю.

Гору покрывал пышный зелёный лес.

Несколько тысяч божеств смотрели вверх, потрясённо подняв головы.

Среди них были Мэй Цзи и даос Лю Сюй.

Наконец-то я снова свободен!

Обретя свободу, Сюн Хэй почувствовал прилив радости.

Он не смог удержаться от того, чтобы поднять голову и завыть.

Его голос был подобен грому, прогремевшему по всему миру.

Сюн Хэй был способен выносить то, что не под силу другим.

Цинь Юй восхищается этим.

Сюн Хэй, можешь вернуться.

Раздался голос Цинь Юя.

Сюн Хэй посмотрел вдаль.

Примерно в нескольких сотнях метров от Сюн Хэя в небе стоял Цинь Юй.

Его длинные чёрные волосы развевались на ветру.

Его мантия развевалась.

И в этот момент даос Лю Сюй и Мэй Цзи прилетели снизу.

В мгновение ока они оказались рядом с Сюн Хэем.

Даос Лю Сюй с любопытством спросил: «Старший брат Сюн Хэй, что ты вытерпел?»

Взгляд Сюн Хэя дрогнул.

Вспышка ярости вспыхнула в его глазах.

Он произнёс через Божественное Сознание: «Лю Сюй, Мэй Цзи, летающая способность Цинь Юя чрезвычайно высока.

Он невероятно быстр.

Мы втроём должны объединиться и убить его с трёх сторон!

Вы оба быстрее меня.

Если мы втроём объединимся, мы точно сможем его убить».

Лю Сюй и Мэй Цзи переглянулись.

«Старший брат Лю, что ты думаешь?»

— спросил Мэй Цзи через Божественное Сознание.

Это возможно.

Цинь Юю потребуется некоторое время, чтобы установить свою систему построения.

Система захвата, которую он установил ранее, уже рассеялась.

Если он захочет установить её снова, ему потребуется день или два.

Этого времени достаточно, чтобы убить его, — сказал даос Лю Сюй.

Сюн Хэй посмотрел на Лю Сюй и Мэй Цзи.

Лю Сюй и Мэй Цзи кивнули, улыбаясь.

Лицо Сюн Хэя тут же расплылось в широкой улыбке.

Сюн Хэй холодно посмотрел на стоявшего вдали Цинь Юя.

Он гневно крикнул: «Цинь Юй, ты посмел так меня унизить!

Сегодня я отомщу!»

Сказав это, Сюн Хэй, подобно метеориту, помчался к Цинь Юю, окутанный аурой, способной сокрушить оползни и расколоть горы.

Что касается Мэй Цзи и даоса Лю Сюй, то они превратились в два лёгких ветра и окружили Цинь Юя с двух сторон.

Увидев эту сцену, Цинь Юй лишь кивнул, улыбнувшись.

И правда, всё именно так, как я и ожидал.

Однако заставить этого Сюн Хэя пресмыкаться передо мной за последние пару месяцев, тоже можно считать, что это стоило того.

Цинь Юй чувствовал, что ему осталось всего несколько месяцев до достижения прорыва на стадию зарождения.

На самом деле, даже если бы Сюн Хэй не стал просить прощения, Цинь Юю всё равно пришлось бы расформировать свой строй ещё через пару месяцев, чтобы полностью посвятить себя прорыву на стадию зарождения.

Словно острая стрела, Цинь Юй ринулся вниз.

Куда ты бежишь?!

Налитые кровью глаза Сюн Хэя были крайне зловещими.

Словно артиллерийский снаряд, он обрушился вниз.

Что касается Мэй Цзи и Лю Сюй, то они тоже летели вниз, преследуя Цинь Юя.

Однако, как только Цинь Юй вошёл в лес, все трое обнаружили, что…

Он исчез?

Мэй Цзи и Лю Сюй были в замешательстве.

Он исчез?

Невозможно!

Сюн Хэй был словно обезумевший слепец.

Он яростно метался по всей горе Очарования Ю. Он яростно взревел.

Цинь Юй, покажись!

Убирайся отсюда!!!