**Глава 642**

После того как Бай Чэньсян обменялась несколькими фразами с богинями-невестками, Тянь Хао разошёлся, чтобы обсудить вопрос о рождении третьего ребёнка. Почти в то же время накопившаяся у Тан Саня аура убийства первой достигла необходимого уровня, и под руководством **Мысли Асур** она трансформировалась в область бога убийства. После этого он покинул Город Убийств и отправился в Новый Город Небесных Битв.

Четыре великих семьи получили уведомление и тайно прибыли, готовясь вновь явить себя миру. Конечно, не под именем секты Хао Тянь, а под знаменем **Тан Мэнь**. Это предложение исходило от Тан Саня, и Тан Чэнь с ним согласился, а Бай Хэ уже известил об этом троих титанов.

— Тан Мэнь, да они и впрямь умеют удивлять! — пробурчал Ян Уди, узнав от Бай Хэ, что на этот раз они не будут выступать под именем Хао Тянь, а придумали какую-то Тан Мэнь. Совсем как надеть штаны, чтобы пукнуть — лишние телодвижения. Да и скрыться за ширмой тут не выйдет: кто в Поднебесной не знает, что Хао Тянь — это фамилия Тан?

— Старина Бай Няо, теперь-то можно рассказать про эту Тан Мэнь? — обратился к Бай Хэ Тайтан. Ранее тот говорил загадками, и лишь сегодня Тайтан впервые услышал это название.

— Тан Мэнь — это абсолютно новая секта, основанная под руководством молодого господина. Главой секты стал Тан Сань, сын Хао, а его заместителем — Нин Жунжун, глава секты Цибао Люли. Мы пятеро — старейшины Тан Мэнь. В секте организовано пять залов, каждый из которых соответствует одному из наших четырёх кланов.

Зал Силы, возглавляемый тобой, Старый Горилла, отвечает за изготовление скрытого оружия Тан Мэнь.

Зал Управления, под руководством Старого Носорога, отвечает за оборону секты и строительство различных сооружений.

Зал Ловкости, которым руковожу я, занимается разведкой и охраной территории секты.

Затем идёт Зал Лекарств, состоящий из клана Разрушения. Вместе с Залом Управления они отвечают за оборону Тан Мэнь, а также за изготовление лекарств, особенно ядов. Залом руководит Старый Козёл.

И, наконец, Зал Боевых Искусств, в который отобраны лучшие ученики из четырёх великих семей. Им руководит Ушуан.

Бай Хэ не стал больше тянуть и рассказал о нынешней структуре Тан Мэнь, которая, по сути, мало чем отличалась от прежней Хао Тянь. Тогда они действовали точно так же.

— А что такое скрытое оружие? — спросил Тайтан, когда Бай Хэ закончил.

Когда их клан Силы служил Хао Тянь, они в основном занимались кузнечным делом. Даже больше половины доходов секты поступало от их работы. Сначала они ковали оружие и доспехи, затем — луки и арбалеты, особенно те огромные арбалеты, которые устанавливались на городских стенах. Но о каком-то скрытом оружии Тайтан слышал впервые, и оно показалось ему странным.

Бай Хэ не стал объяснять, а достал арбалет Чжугэ и, прицелившись в землю, нажал на спусковой крючок. Шестнадцать ледяных лучей вонзились в землю, оставив на поверхности лишь короткие обломки.

Увидев это, все заинтересовались. Тайтан ударил ногой по земле, вытащил стрелы и принялся их разглядывать. Ян Уди и остальные тоже взяли по нескольку стрел, чтобы рассмотреть получше.

Здесь земля вымощена первоклассным камнем, твёрдость которого намного превышает обычный камень, но даже такой материал был глубоко пронзён этими стрелами — наглядное доказательство их невероятной мощи и скорости.

— Это изготовлено лично младшим патриархом, — пояснил Бай Хэ, когда все внимательно рассмотрели арбалет. — Из-за ограниченности материалов основная часть сделана из обычной стали. Если бы использовались специальные металлы, мощность была бы ещё выше.

После этих слов он перебросил арбалет Тайтану, чтобы тот мог изучить его.

Им предстояло наладить массовое производство таких арбалетов и продавать их Империи Тяньдоу, чтобы создать мощное войско. В будущем им неизбежно придётся вступить в войну с Храмом Духовной Силы и Империей Синлуо. Это будет не только битва на уровне духовных мастеров, но и сражение обычных армий. Даже обычные стальные версии этих арбалетов способны позволить обычному человеку убить мастера уровня Духовного Уважения. А если использовать их массированно, даже мастер Духовного Священства вряд ли сможет устоять.

Кроме того, в сочетании с другими видами скрытого оружия, это позволит вооружить универсальную армию, которая станет их козырным тузом.

— Какая изящная конструкция, — сказал Тайтан, внимательно осмотрев арбалет. Его пальцы ловко разобрали механизм на части, которые повисли в воздухе, удерживаемые Духовной Силой, чтобы их можно было лучше рассмотреть.

— Должно быть, здесь есть защита от копирования, — задумчиво произнёс Тайтан, глядя на множество деталей, не связанных с мощностью выстрела. Если бы целью было только увеличение мощности, не потребовалось бы столько сложных элементов. Значит, они выполняют другую функцию, скорее всего, защиту от кражи. В противном случае, если враг завладеет таким оружием, его слишком простая конструкция позволит быстро скопировать его, и их преимущество исчезнет.

Бай Хэ лишь улыбнулся в ответ, довольный этим изобретением, которое как нельзя лучше восполняло слабость их клана Мин — недостаточную атакующую мощь.

— Здесь ещё и яд, — сказал Ян Уди, который всё это время изучал стрелы. — Яд, которого я раньше не встречал. Тот, кто его приготовил, настоящий мастер.

Ян Уди был экспертом в приготовлении лекарств, особенно ядов, и теперь он смог разглядеть состав яда на стрелах. Хотя он ещё не определил точные пропорции и методы приготовления, одно было ясно: даже мастер Духовного Священства не выживет без специальной техники очищения.

— Этот яд приготовил младший патриарх, — добавил Бай Хэ. Он знал, что Ян Уди — человек гордый и независимый, самый трудный для подчинения из их старой компании. Но у Ян Уди была слабость — его увлечение приготовлением лекарств. И если использовать это, можно будет привлечь его на свою сторону.

— В самом деле? — Ян Уди заинтересовался.

Хотя он и относился к клану Хаотяньцзун с некоторой настороженностью — его уже не раз подводили, — он понимал, что их клану Почжи не на кого больше рассчитывать, кроме как на Хаотяньцзун. Только с их помощью они смогут выйти в большой мир. И только выйдя в большой мир, их клан сможет быстро развиваться.

Хорошо, что за эти годы удалось частично восстановить силы, особенно благодаря ресурсам, тайно предоставленным Тяньдоуской империей за последние четыре года. Восстановление прошло довольно успешно. Но этого недостаточно, далеко недостаточно. Тот самый Танмэнь — отличная возможность.

Пятеро, ожидая, вели неторопливые беседы. Спустя полчаса они внезапно почувствовали приближение двух потоков духовной энергии. Все пятеро одновременно устремили взгляды на вход в зал, и вскоре в дверях появились три фигуры. Увидев первую, мощную и величественную, Тайтан резко вскочил на ноги.

— Властелин! — воскликнул Тайтан, охваченный невероятным волнением. Убедившись, что перед ним действительно тот, кого он ожидал, он с громким стуком опустился на одно колено. — Старый слуга Тайтан приветствует своего властелина!

Да, это были Тан Хао, его сын Тан Сань и заместитель главы Танмэня Нин Жунжун. На этот раз Тан Чэнь не мог появиться лично, поэтому Тан Хао сопровождал Тан Саня. Учитывая отношения между Тан Хао и Тайтаном, если Тан Хао выступал лично, Тайтан и его клан Ли были обеспечены. А учитывая отношения Тайтана и Ню Гао, с последним проблем не возникнет. К тому же, если к ним присоединится клан Минь, то из четырёх великих семейств три окажутся на их стороне, и остаётся только клан По, с которым будет намного проще договориться.

Однако Тан Хао прибыл сюда не только по этой причине. Главное — он сам испытывал отвращение к секте Хао Тянь и не хотел, чтобы его сын был связан с ней. Поэтому, когда сын заявил о намерении основать Танмэнь, Тан Хао полностью поддержал его и лично сопровождал его в этом деле.

— Встань, — кивнул Тан Хао Тайтану, который оставался на колене, затем прошёл и занял главное место за столом. Тан Сань встал рядом с отцом, а Нин Жунжун расположилась с другой стороны.

— Прошу всех присесть! — Тан Хао жестом пригласил пятерых занять свои места.

— Вы, вероятно, уже осведомлены о делах Танмэня. У меня две цели в этом визите. Первая — от имени Хао Тянь принести вам извинения. Ранее секта поступила неправильно, нанеся вам ущерб.

С этими словами Тан Хао встал и поклонился Тайтану и остальным. Хотя статус Хао Тянь и положение четырёх великих семейств не обязывали его к этому, ради будущего Танмэня он должен был убедить их, чтобы избежать проблем в будущем. Его жест действительно смягчил сердца присутствующих, особенно Ян Уди, который больше всех ненавидел Хао Тянь.

— Вторая цель — заверить вас, что Танмэнь — это Танмэнь, и у него нет почти никакой связи с Хао Тянь. Если вы присоединитесь к Танмэню, в будущем вам нужно будет подчиняться только приказу Саня. Даже мои распоряжения вы можете не выполнять. Отныне четыре великих семейства будут лишь четырьмя кланами Танмэня, а не Хао Тянь.

Объявив вторую новость, Тан Хао продемонстрировал полную искренность. Он не хотел, чтобы ошибки Хао Тянь повторились в Танмэне, и должен был заранее всё прояснить, чтобы четыре великих семейства чувствовали себя уверенно. Это обещание вызвало обмен взглядами между Тайтаном и остальными, и все они остались довольны.

Даже братья Ян Уцзе и Ян Ушуан не высказали никаких возражений. Ведь оба они возглавляли свои собственные залы, что уже ставило их выше представителей трёх других кланов. Протестовать в такой ситуации было бы проявлением алчности. Появление Танмэнь действительно было для их клана Бопо уникальным шансом, упускать который было бы слишком расточительно.

Вскоре все пятеро перевели взгляд на девушку, стоящую рядом с Тан Хао, и поняли, что перед ними — нынешняя глава секты Цибаолюли. Хотя они и не присутствовали на последнем турнире Духовных Мастеров, но видели записи и хорошо знали о силах этой юной девушки. Она была настоящим гением, небесным даром.

Никто не возражал против назначения Тан Саня главой — за ним стоял Тан Хао, а сегодняшние его слова звучали искренне и убедительно. Однако нынешняя глава секты Цибаолюли…

Увидев, что пятеро смотрят на неё, Нин Жунжун даже не стала произносить Духовное Заклинание. Пятицветное сияние вырвалось из её межбровья и разделилось на пять потоков, каждый из которых опустился на одного из пятерых Титанов. Это была её собственная усиливающая техника Души.

На её нынешнем уровне развития ей уже не требовалось произносить заклинания, чтобы активировать технику Души. Более того, поскольку все пять колец Души были уровня ста тысяч лет, расход энергии был крайне низким. Ей не нужно было экономить силу Души с помощью методов контроля сознания — она могла позволить себе использовать все пять колец одновременно без проблем.

Титаны, конечно, узнали в этом технику усиления от Башни Цибаолюли, но их поразило, что Нин Жунжун применила её на них в полном объёме. Ведь чем сильнее тот, кого усиливают, тем больше расход энергии. Все пятеро достигли девяносто пятого уровня, и усиление их всех одновременно требовало огромных затрат. Даже если у этой девушки сила Души шестидесятого уровня, она не смогла бы продержаться и нескольких секунд.

Но с течением времени они заметили, что девушка остаётся совершенно спокойной, не проявляя никаких признаков истощения силы Души. Даже лёгкая улыбка на её лице не изменилась.

— У главы Нин достойная преемница! — спустя целую минуту, увидев, что Нин Жунжун по-прежнему не изменилась, произнёс один из Титанов, выражая своё признание новой заместительнице главы. Одна только эта способность к усилению заставила их преклониться перед ней, более того, они были искренне рады. Наличие такого могущественного заместителя главы сулило им в будущем бо́льшую уверенность в боях, и это одно уже делало невозможным отказ.

И в этот момент неожиданно появилось крайне скрытное и опасное присутствие силы Души, быстро приближающееся. Все повернулись к входу в зал, где внезапно возникла фигура.

Увидев эту фигуру в тёмно-зелёном, Ян Уцзе резко вскочил на ноги, стиснув зубы и не скрывая ненависти и желания убить.

— Дугу Бо! — произнёс он с яростью.

Враги, встретившись, особенно остро ощущали ненависть друг к другу. Ян Ушуан, стоявший рядом, даже вызвал свою боевую Душу — копьё Пробуждения, и девять колец Души медленно закружились у его ног, не отрывая взгляда от Дугу Бо.

— Все вместе, как раз избавляет старого меня от необходимости искать вас поодиночке, — произнёс Дугу Бо, не сводя ледяного взгляда с братьев Ян, его убийственное намерение было столь же очевидно.

— Никто не смеет двигаться! — раздался голос.

В тот момент, когда напряжение между сторонами достигло предела и вот-вот должно было разразиться открытым конфликтом, их всех подавила неудержимая, властная сила. Источником этой силы стал Тан Хао, восседающий на главном месте.

— Два главы школ, и ты, старший наставник Дугу, не спешите прибегать к насилию, — произнёс Тан Хао. — Если между вами есть какое-то недоразумение, давайте обсудим его и найдём способ его разрешить.

Нин Жунжун шагнула вперёд, жестом призывая обе стороны успокоиться, и попыталась выяснить причины конфликта. Очевидно, что между этими тремя людьми лежит глубокая вражда, и теперь оставалось только понять, можно ли её уладить, иначе последствия будут серьёзными.

— Хм! — Дугу Бо холодно фыркнул, ощущая властную силу Тан Хао. — Эти двое мелких воришек в своё время украли у меня драгоценные бессмертные травы, которые я с таким трудом выращивал. Из-за этого мой единственный сын умер, не вынеся потери. Кровная месть не знает прощения!

Он помнил этот счёт с тех самых пор. Хотя он и отравил многих из клана Пои, но главные виновники всё ещё на свободе, а сам клан не уничтожен. Как он может просто так всё забыть?

— Этот старый негодяй отравил семьсот тридцать один человек из моего клана Пои! — Ярость в глазах Ян Уди не утихала. Его искажённое ненавистью лицо говорило о том, что он мечтает разорвать Дугу Бо на тысячу кусков. Ян Ушuan, стоящий рядом, разделял эти чувства.

— Если не отомстить за эту смерть, я, Ян Уди, не заслуживаю называться человеком!

Услышав их слова, Нин Жунжун почувствовала, как у неё начинает раскалываться голова. Она и раньше подозревала, что между ними существует серьёзный конфликт, но не ожидала, что всё настолько плохо.

Хотя их слова были кратки, суть была ясна: Ян Уди украл у Дугу Бо бессмертные травы, что привело к смерти его единственного сына. Это действительно непростительная вражда. А Дугу Бо отравил столько людей из клана Пои — это тоже не имеет прощения.

Это тупик!

— Ты только что назвал его наставником. Неужели этот старый негодяй тоже наставник Танмэнь? — Ян Ушuan посмотрел на Нин Жунжун. Он явно услышал, как она назвала Дугу Бо «наставником Дугу». Неужели этот их заклятый враг тоже наставник Танмэнь? Вы заставляете нас работать с тем, с кем у нас кровная вражда. Так поступать нечестно!

Нин Жунжун не только была в шоке, но и Бай Хэ с его спутниками были крайне удивлены, узнав о скрытых обстоятельствах между сторонами.

— Если бы вы не украли мои бессмертные травы, стал бы я травить ваш клан? — Дугу Бо бросил ледяной взгляд на братьев Ян и обратился к Тан Саню.

— Маленькое чудовище, ты знаешь, насколько ценны те травы, и сколько других редких растений они украли. Они забрали всё, что у меня было, и из-за них мой сын Син умер. Скажи, разве они не заслуживают смерти?

Тан Сань нахмурился. Он понимал, что ситуация крайне деликатна. Четыре великих семьи были связаны годами, и если он встанет на сторону Дугу Бо, это неизбежно вызовет недовольство остальных трёх семейств. Даже если он изгонит клан Пои, это вызовет недоверие у других семей.

Но и встать на сторону клана По также было проблемой. Ведь он всё ещё был должен Дугу Бо — и не просто так, а за бесценные небесные травы и божественные лекарства. Если бы он действительно разозлил Дугу Бо, что тогда делать, когда тот придет требовать долг? К тому же, яд Дугу Бо — это стратегический ресурс, способный устрашить целое государство, его ценность несравнимо выше, чем у всего клана По. Не говоря уже о том, что Дугу Бо представляет Небесную Империю Битв, и разозлить его — значит разозлить всю империю, что неизбежно отразится на сотрудничестве обеих сторон.

— Старый козёл, раньше ни слова не слышал о том, что вы получали эти небесные травы и божественные лекарства, — заметив затруднение племянника, Белый Журавль решил напасть.

Племянник был будущим Танменя и будущим клана Мин, и не мог позволить себе дурную славу. Да и Тан Хао не мог этого допустить. Значит, роль злодея придётся взять на себя.

К тому же, он сам был крайне недоволен поступками братьев Ян Уди. Он прекрасно знал о действии тех небесных трав и божественных лекарств — они способны формировать гениев. Ранее он даже получил от племянника одно из растений для своей внучки, и она обрела свойство абсолютного ветра. Ещё недавно он восхищался чудодейственностью этих трав, но кто бы мог подумать, что клан По уже давно ими обладал и ни словом не обмолвился об этом. Вот это да, хотели оставить всё себе!

После слов Белого Журавля Тайтан и Нюгао тоже устремили взгляды на братьев Ян Уди, и в их сердцах зародилось недовольство. Все эти годы четыре великих клана поддерживали друг друга, как одна семья, но кто бы мог подумать, что клан По, получив такую выгоду, не захочет поделиться, а вместо этого тайно всё приберёт к рукам. Это было слишком подло!

— Ах ты, старая белая птица, решила со мной играть в подлость? В этом Танмене я больше не останусь! — Ян Уди, разгадав коварный замысел Белого Журавля, чуть не поперхнулся от ярости и, развернувшись, ушёл прочь.

Ян Шудуан, бросив на Белого Журавля полный ненависти взгляд, последовал за братом. Их слова возмутили до глубины души. Если бы это сказал кто-то другой, ещё ладно, но сколько раз клан По поддерживал клан Мин? А в ответ — предательство и подлость. Как можно было не разозлиться?

Если бы не присутствие Дугу Бо и Тан Хао, они бы, не раздумывая, бросились на этого старого негодяя и разделались с ним. Просто невыносимо!

Но сейчас главное — вывести свой народ. Сначала их убедили прийти сюда с семьями, и теперь их люди находятся в новом городе Небесной Битвы. Они думали, что присутствие секты Хао Тянь удержит Дугу Бо от дерзости, но кто знал, что тот тоже является старшим в Танмене. Вот и попали в ловушку.

Глядя на уходящих в гневе братьев Ян Уди, в сердце Тан Хао зародилось убийственное намерение. Не только Белый Журавль и двое других были недовольны поступками клана По — он сам был крайне разочарован. Более того, он подозревал, что клан По давно лелеял мысли об отделении. Такие волчьи амбиции могли стать лишь источником проблем, а теперь, когда они стали врагами, лучше избавиться от них раз и навсегда.

— **Третий, объясни Старому Орангутану про твоё Духовное Заклинание «Чжугэ Шэнну». Старый Носорог, давай обсудим строительство нашего клана. Нужно успеть восстановить Танмэнь до начала турнира Духовных Мастеров, —** наконец заговорил Бай Хэ, нарушив тягостную тишину и незаметно бросив взгляд в сторону Дугу Бо. Их клан Миньчжи когда-то действительно был союзником клана Почжи, но поступки последних глубоко ранили его, и теперь они стали врагами. Если уж враги, то необходимо как можно скорее уничтожить их под корень. Особенно таких врагов, которые знают их слабые места. Если они переметнутся к Империи Синлуо или Дворцу Воинственного Духа, то станут серьёзной угрозой. Их нельзя оставлять в живых!

Дугу Бо понял его без слов, его фигура мелькнула и исчезла на месте, чтобы незаметно последовать за врагами. Он намеревался уничтожить не только братьев Ян Уди, но и весь клан Почжи.

Нин Жунжун, наблюдавшая за всем этим, молчала. В такие дела ей не следовало вмешиваться, да и интереса к этому она не испытывала, даже несмотря на то, что её должность заместителя главы Танмэнь была лишь номинальной.

Не прошло и много времени, как к ним приблизилась ещё одна аура Духовной Силы, двигавшаяся с невероятной скоростью и несущая в себе острое ощущение Мысли Асур. Нин Жунжун, почувствовавшая скуку, внезапно оживилась, её глаза засверкали при ощущении этого клинка. Она подняла взгляд и увидела, что в зале в какой-то момент появилась высокая девушка. Та, словно почувствовав Мысль Асур Нин Жунжун, тоже повернула голову, и их взгляды встретились. Между девушками постепенно начала нарастать напряжённость, переходящая в боевой дух.

— **Чэнсян, иди, познакомься со своим дядей Хао!** — увидев, что его внучка вошла в зал, Бай Хэ улыбнулся и махнул ей рукой.

Услышав голос деда, Бай Чэнсян наконец отвела взгляд от Нин Жунжун и, подойдя, почтительно поклонилась Тан Хао.

— **Чэнсян приветствует дядю Хао!** — сказала она. Ведь это сын её дедушкиного брата, а значит, ей следует называть его дядей.

— **Я давно слышал от твоего отца, как он хвалит свою талантливую внучку, и действительно, ты прекрасна, —** глядя на свою племянницу, Тан Хао всё больше довольствовался увиденным, особенно почувствовав её сдержанную, но острую Мысль Асур. Эта сила не уступала силе Нин Жунжун, а может, даже превосходила её, сравнимая с силой Чжу Чжуцин. Она была настоящим Стратегическим Ресурсом для пути меча. А с учётом экстремальных ветровых свойств, дарованных ей Бессмертной Травой, она была настоящим гением.

Глядя на свою племянницу, а затем на сына рядом, Тан Хао даже подумывал о том, чтобы свести их вместе. Хотя их родство не было слишком близким, но и не слишком дальним, и брак был бы возможен.

— **Не хвали её слишком, а то она зазнается, —** Бай Хэ погладил бороду и улыбнулся, довольный успехами и упорством своей внучки. Именно такая, как она, была будущим их клана Миньчжи.

— **Третий, отведи Чэнсян, пусть молодёжь поболтает, у вас найдётся больше тем для разговора, —** улыбнувшись, Тан Хао кивнул сыну.

— **Понял!** — ответил тот.

Тан Сан кивнул Бай Чэньсян, после чего направился к выходу. Бай Чэньсян вновь взглянула на Нин Жунжун. В отличие от того двоюродного брата, её больше интересовала эта девушка, также практикующая путь меча. Нин Жунжун ей не была чуждой — она даже лично посещала прошлый турнир Духовных Мастеров и видела её мастерство владения мечом. Это была достойная противница.

— Обсудить искусство меча? — Нин Жунжун сконцентрировала в руках драгоценный летающий меч, и её боевой дух возрос ещё сильнее. Все эти годы она соревновалась с Чжу Чжуцин, и это уже порядком надоело. Теперь, увидев такую же сильную мастерицу меча, да ещё и девушку примерно её возраста, она не могла устоять перед желанием помериться силами.

Бай Чэньсян молча сжала руку в кулак, и в ответ появились два ветряных меча.

Две девушки, обменявшись взглядами, синхронно двинулись к выходу.

— Те, кто практикуют путь меча, никогда не бывают простыми, — с безнадёжностью покачал головой Бай Хэ, наблюдая за ними. Его внучка и так была гордой, унаследовав это от него, а после того, как начала практиковать путь меча, эта гордость только усилилась, превратившись в настоящую жажду битвы, особенно когда она встречала достойных соперников по мечу. Сейчас эта черта снова проявилась, и это действительно вызывало головную боль.

— Да ты просто втайне радуешься! — Тайтан с презрением косился на него, в голосе звучала явная зависть, перемешанная с ненавистью. По сравнению с внучкой старого Бай Хэ, его собственный внук и рядом не стоял.

— Пойдём посмотрим, — предложил Тан Хао, проявляя всё больший интерес к этой дальней родственнице. Ему хотелось свести её с Тан Санем, чтобы тот, возможно, с помощью новых чувств скорее забыл ту неприятную историю с «маленьким животным».

Тайтан и Ню Гао, также заинтригованные силой Бай Чэньсян, не могли отказаться от предложения Тан Хао.

Четверо направились к выходу и вскоре оказались у входа в зал, где две девушки уже стояли друг против друга, готовые к поединку.

Нин Жунжун и Бай Чэньсян застыли в противоборстве, их взгляды встретились, и поле меча начало расширяться, вызывая столкновение сил на расстоянии. Нин Жунжун слилась с оружием в единое целое, и на её теле сформировались драгоценные доспехи, которые слились с костями Духовного Скелета. Девять драгоценных летающих мечей закружились вокруг неё.

Когда поле меча полностью развернулось, иллюзорный мечовый массив стал ещё совершеннее, обретя не только большую гибкость и вариативность, но и возросшую мощь.

Бай Чэньсян не собиралась уступать. Она также призвала своего Духовного Зверя, но её форма уже была доведена до совершенства благодаря тайным методам Академии Фаньюнь. Её тело не обрело явных звериных черт, лишь за спиной раскрылись два крыла. Но это были не обычные крылья — их перья напоминали острые клинки, что свидетельствовало о слиянии меча и Духовного Зверя, вызвавшего его мутацию.

Кроме того, вокруг неё вился чистый ветер, а каждое перо на крыльях было остро как бритва, усиленное ветряными лезвиями, которые, сливаясь с намерением меча, становились ещё более смертоносными.

Противники простояли друг напротив друга некоторое время, и когда Нин Жунжун не проявила намерения атаковать первой, Бай Чэньсян не стала церемониться. Её крылья взмахнули, и её фигура мгновенно растворилась в воздухе — настолько стремительно, что даже Титан и Ню Гао, обладающие высоким уровнем мастерства, не успели уловить движение. Даже Бай Хэ, дед Бай Чэньсян, широко раскрыл глаза, потрясённый до глубины души. Он знал, что его внучка быстро прогрессировала в Академии Фаньюнь, и даже без употребления того ветрового священного растения её силы не уступали гениям небес. Но теперь, получив его, её мощь, особенно в скорости, должна была вырасти ещё больше.

Однако он и представить не мог, что её скорость достигнет такого уровня — даже он сам едва успевал следить за её движениями. Для него, чья сила основывалась на скорости, потеря этого преимущества означала стать беззащитной жертвой. Другими словами, его внучка уже превзошла его.

Хотя быть превзойдённым собственной внучкой — это хорошо, в душе он всё равно ощущал горькое послевкусие. Вот что значит быть гением небес?

Тан Сань тоже широко раскрыл… нет, не глаза — единственный глаз. Его Фиолетовый Демонический Зрачок работал на пределе, едва успевая уловить скорость Бай Чэньсян, и это зрелище потрясло его, вызвав неприятное чувство. Хотя его зрачок и позволял разглядеть движения, проблема была в том, что даже если он видел её, его тело не успевало среагировать. Если бы эта кузина решила напасть на него, он мог бы только закрыть глаза и ждать смерти — ничего другого ему не оставалось. Это чувство полной беспомощности было ужасно, и оно терзало его изнутри.