Глава 557. Кровь и слёзы под развевающимся плащом

— Тан Сан, с Дунь У просто произошёл обратный эффект от духовного заклинания учителя, вызванный её способностью очарования. Она просто должна поспать, и всё наладится. Быстрее, поддерживай Чжу Чжуцин в продолжении испытания, — торопливо произнесла Нин Жунжун, увидев, что Тан Сан ради Дунь У отказался помогать Чжу Чжуцин в бою.

Ранее Тан Сан поддерживал Чжу Чжуцин, создавая с помощью Синесеребряной травы точки опоры, что позволяло ей в полной мере использовать своё преимущество в скорости. Однако теперь, когда Тан Сан бросился ловить Дунь У, он перестал помогать Чжу Чжуцин, и её движения стали менее плавными и быстрыми, что значительно снизило её боевой потенциал.

Действительно, без поддержки Тан Саня скорость и точность движений Чжу Чжуцин резко упали, а скорость её атак уменьшилась более чем наполовину. К счастью, Тянь Хао не перешёл в наступление, иначе он мог бы мгновенно одолеть её.

— Как вас учили? Разве не общеизвестно, что нельзя применять духовные способности, связанные с психикой, против мастеров меча, практикующих путь меча? — Нин Жунжун не смогла сдержаться. Она усилила своё тело духовной энергией, быстро подбежала, забрала Дунь У из рук Тан Саня и, не скрывая недоумения, спросила. Затем она вернулась за спину Дай Мубай, продолжая использовать Дунь У как живой щит.

Хотя Дунь У унесли, настроение Тан Саня было уже нарушено, и он больше не мог идеально взаимодействовать с Чжу Чжуцин.

Заметив, что Тан Сан не в состоянии, Чжу Чжуцин стиснула зубы и решила действовать самостоятельно, применив ещё не до конца отработанную собственную технику.

— Небесный демон, восемь шагов! — произнесла она, активировав третью технику. Её руки сложились вместе, создавая чёрный светящийся клинок, в который она вложила недавно освоенное мастерство меча, усиливая его остроту.

Затем, применив технику «Небесный демон, восемь шагов», которую она переняла у своей семьи, её тело словно телепортировалось, появляясь рядом с Тянь Хао. Она нанесла удар «Тёмным смертельным разрезом», но Тянь Хао отразил его одним пальцем.

Однако Чжу Чжуцин не сдалась. Её тело вновь мелькнуло, и она внезапно появилась с другой стороны, оставляя за собой призрачный след, как будто она раздвоилась.

Тянь Хао, столкнувшись с этой атакой, использовал свои длинные волосы, сплетая их в меч, чтобы блокировать удар. Но Чжу Чжуцин снова промелькнула перед ним, и её руки, сложенные вместе, нанесли удар «Тёмным смертельным разрезом».

Эти три удара были нанесены почти одновременно, с невероятной скоростью и остротой «Тёмного смертельного разреза». Даже император душ, не ожидавший такой атаки, был бы мгновенно побеждён.

Однако её противником был Тянь Хао. Какой бы быстрой ни была Чжу Чжуцин, её скорость не могла превзойти восприятие Тянь Хао.

Третий удар также был отражён волосом-мечом. Когда Чжу Чжуцин, не желая сдаваться, хотела применить четвёртый шаг «Небесного демона, восемь шагов», её живот коснулась мягкая волна духовной энергии, отбросив её в сторону. В этот момент она услышала спокойный голос:

— Ты уже на пределе. Отступи.

Упав на землю, Чжу Чжуцин пошатнулась и, не в силах устоять на ногах, опустилась на одно колено.

Тан Сан попытался подняться, но в ногах ощущалось лишь острое жжение и слабость — последствия чрезмерного использования техники «Тяньмо бабу». Его тело отказывалось слушаться.

— Я помогу тебе отойти, — Нин Жунжун подхватил Чжу Чжуцин под руку и быстро отвел его за спину Дай Мубая.

Дай Мубай нахмурился, бросив взгляд на едва держащегося на ногах Чжу Чжуцина, но промолчал. Его внимание было полностью сосредоточено на Тан Сане. Он давно заметил, что Тан Сан — самый загадочный из четверых. Его физическая подготовка либо была результатом тренировок по методикам, подобным школе «Цзиньган Лунсян», либо следствием усвоения высокоуровневой Духовной Кости. В любом случае, это означало, что его боевой потенциал далеко не исчерпан тем, что он демонстрировал до сих пор.

— Ты всё ещё не восстановил душевное равновесие? — Тянь Хао, продолжая рассекать мечом стебли Синесеребряной Травы, спокойно спросил, в голосе его звучало лёгкое недоумение, будто он не мог понять, почему состояние Тан Сана так резко изменилось. Затем, словно что-то осознав, он бросил взгляд на лежащую на земле без сознания Сяо У и произнёс с пониманием: — Из-за любви? Вы, молодёжь, и впрямь рано взрослеете. Всего двенадцать лет, а уже влюбляетесь. Но с таким настроем далеко не уйдёшь. Если ты действительно любишь её, то должен сохранять спокойствие и хладнокровие. Только так ты сможешь по-настоящему защитить того, кого хочешь защитить.

— Верно подмечено, старший. Битва ещё не окончена, — напомнил Тан Сан, глубоко вдохнув, чтобы успокоить мысли. Он бросил взгляд на благовоние, уже сгоревшее наполовину, и понял: пора показать свои настоящие способности.

На этот раз он не собирался больше скрывать свою силу. Ранение и потеря сознания Сяо У больно ударили по нему, наполнив сердце чувством вины. Он дал обещание защищать её, и любой, кто посмеет причинить ей вред, должен будет пройти через его тело. Как старший брат, не сумевший уберечь сестру от обиды и боли, он не имел права называться братом, если не сможет вернуть долг. Кроме того, в «Сюаньтянь Баолу» было сказано: никогда не притворяйся слабым, иначе рискуешь действительно стать слабым — и мёртвым. Только сейчас он по-настоящему осознал смысл этих слов. К счастью, на этот раз противником оказался учитель из Академии Шрэка, а не настоящий враг, иначе Сяо У могла бы не выжить.

И всё же он сам виноват в том, что, скрывая свою силу и не применив свои самые мощные приёмы, допустил, что Сяо У пострадала. Если бы с ней случилось что-то худшее, он никогда бы себе этого не простил.

Поэтому Тан Сан решил больше не скрываться. Он также хотел использовать эту возможность, чтобы с помощью учителя Юэ проверить, на каком уровне находится его настоящая сила.

Однако он не был настолько безрассуден, чтобы отказаться от вспомогательных заклинаний Нин Жунжуна. Противник был слишком силён: без активных атак они не могли даже сопротивляться, потеряв двоих членов команды. Такая мощь не оставляла места для самонадеянности. К тому же на кону стояло поступление в академию — потерпеть поражение было нельзя.

Хотя с письмом учителя он мог бы поступить в Академию Шрек даже в случае неудачи на экзамене, это непременно бросило бы тень на репутацию учителя. Как ученик, он обязан был доказать силу своего наставника. Особенно после того, как этот человек ранее унизил его учителя — теперь он был полон решимости доказать, что уроки учителя были верными.

— Придётся показать настоящую силу? Жду с нетерпением, — сказал Тянь Хао, остановившись и с интересом глядя на соперника.

— Старший, прошу прощения! — глубоко вздохнув, Тан Сань расправил плечи, и его руки постепенно стали прозрачно-белыми, словно нефритового оттенка — это была техника «Сюань Юй Шоу» из трактата «Сюань Тянь Бао Лу». Холодные, как ледяной жад, они были неуязвимы для любых ядов.

Одновременно его глаза превратились в глубокий фиолетовый цвет, переливаясь светом — это была техника «Цзы Цзи Мо Тун» из того же трактата, достигнувшая уровня «Цзе Цзы», что усиливало его наблюдательность.

— Самостоятельно разработанная духовная техника для глаз… Довольно редкое явление, — с любопытством отметил Тянь Хао, видя это впервые.

Тан Сань, полностью сосредоточившись, активировал «Сюань Тянь Гун», подняв свои способности до пика. Его руки скользнули вдоль пояса, выполняя движение «Двадцать четвёртый мост под лунным светом», и вслед за этим десятки ледяных вспышек вырвались вперёд, их скорость была настолько высока, что невозможно было разглядеть, что это такое.

— «Гуй Ин Ми Цзун Бу»! — не останавливая движений рук, он также не стоял на месте: техника «Гуй Ин Ми Цзун Бу» заставила его тело быстро перемещаться, создавая множество ложных движений, которые сбивали противника с толку, делая невозможным предсказать его следующее положение. Это было поистине загадочно и полностью соответствовало названию техники.

Но и это было не всё. Используя разнообразные приёмы из «Бай Цзе» для метания скрытых оружий, Тан Сань также применял технику «Контроль журавля и захват дракона», чтобы изменять траекторию оружия, создавая даже дугообразные атаки, что делало их ещё труднее для защиты.

В прошлой жизни он освоил все приёмы «Бай Цзе» из трактата «Сюань Тянь Бао Лу». Хотя сейчас его уровень «Сюань Тянь Гуна» не позволял идеально выполнять все техники, большинство из них он всё же мог применить.

Однако всё было тщетно. Даже используя механические скрытые оружия, он не мог нанести вреда Тянь Хао. Тот даже не взмахнул длинным мечом, а просто разделил свои длинные волосы на десять лезвий, которые отразили все скрытые оружия, не позволив им приблизиться.

Даже самые мощные механические снаряды были легко отражены, не сумев сдвинуть его ни на миллиметр.

Тем не менее, демонстрация Тан Санем техники скрытых оружий поразила Дай Му Бай и его спутников. Они признались себе, что не смогли бы устоять перед такой яростной атакой.

— Повторение, — внезапно произнёс Тянь Хао, заставив Тан Саня вздрогнуть. Он даже остановился, его лицо потемнело от нежелания принимать поражение и недоверия.

Он понял, что тот имел в виду: его техника скрытых оружий действительно повторялась. У него было ощущение, что его заперли в ловушке, и никакие уловки «Гуй Ин Ми Цзун Бу» не могли помочь уклониться.

Очевидно, что Тянь Хао уже потерял интерес к продолжению боя. Если бы он действительно начал действовать, Тан Саню не удалось бы уклониться, и поражение было бы неизбежным.

—

«Если бы вы сумели довериться друг другу и слаженно действовать, то устоять под моим натиском в течение времени, пока сгорает благовоние, было бы не так уж и сложно. К сожалению, вы не справились. А ведь это и был настоящий экзамен, который я вам устроил. Поэтому я объявляю: вы провалили испытание», — бросив взгляд на Тан Саня, а затем на троих — Нин Жунжун и остальных, Тянь Хао развернулся, намереваясь вернуться к каменному столу и продолжить партию в го.

«Постойте!» — неожиданно вмешался Фландер, до этого наблюдавший за происходящим из тени. С умиротворяющей улыбкой он преградил Тянь Хао путь. «У этих четверых ребят редкий талант, а у некоторых даже есть потенциал стать небесными избранниками. Дайте им ещё один шанс.»

«Ты знаешь мои правила. Да и причина их неудачи не во мне — они сами виноваты», — холодно бросив взгляд, Тянь Хао продолжил путь, хотя внутренне ждал, что скажет Тан Шэньван.

Не верилось, что после такого провокационного давления Тан Шэньван сможет продолжать сдерживаться.

«Подождите! Этот бой ещё не закончен!» — как и ожидалось, не успел Тянь Хао сделать и нескольких шагов, как раздался голос Тан Шэньвана.

«Учитель, у меня есть ещё один приём — «Кровавые Слёзы». Это моя собственная техника скрытого оружия, прошу вас оценить её», — наконец приняв решение, Тан Сань проткнул себе бровь стальной иглой, извлекая каплю крови, и влил в неё свою внутреннюю силу.

В «Сокровищнице Небесного Дао» самое мощное скрытое оружие — не механическое, даже «Лотос Гнева Будды», созданный им в прошлой жизни, не считался самым сильным. Ведь «Лотос Гнева Будды» был лишь вершиной внешних механических приспособлений, тогда как самым мощным скрытым оружием внутренней школы считались техники, управляемые силой рук. Среди них самыми сильными были «Кровь Просветления» и «Слёзы Гуаньинь». В прошлой жизни Тан Сань глубоко изучал обе эти техники, а в этой жизни, достигнув уровня «Цзицзы» в практике «Демонических Зрачков Цзыцзи», обрёл новые понимания.

Конечно, сейчас он ещё не способен использовать «Кровь Просветления» или «Слёзы Гуаньинь», особенно последнюю — для её применения нужно довести до совершенства все искусства из «Сокровищницы Небесного Дао». Однако на основе этих двух техник он создал новую, названную «Кровавые Слёзы».

Услышав эти полные решимости слова, Тянь Хао бросил взгляд на почти догоревшее благовоние, затем повернулся к Тан Шэньвану, сжимая в руке длинный меч и спокойно ожидая продолжения.

Фландер тоже обернулся, с надеждой глядя на юношу. Он верил в него: ведь тот не только ученик его хорошего друга Юй Сяогана, но и сын Хао Тянь Доулоло, наследник школы Хао Тянь, — у него непременно должны быть свои козыри.

Тан Сань влил силу «Сокровенного Небесного Кулака» в каплю крови, затем проявил свой второй дух-спутник — «Молот Хао Тянь» — и начал безостановочно обрушивать на неё удары.

Ради того, чтобы отстоять честь учителя, он уже не мог позволить себе колебаться и раскрыл свой второй дух-спутник.

«Двойной дух-спутник», — будто осознав что-то, Тянь Хао обернулся к Фландеру, его лицо стало серьёзным и сосредоточенным.

«Ты играешь с огнём.»

«Ты сам знаешь, в каком положении находится академия. Если не рискнуть сейчас, то через несколько лет её, возможно, придётся закрыть.»

—

Фландров только развёл руками в ответ, понимая, о чём идёт речь. Он сразу узнал Духовное Заклинание «Молот Небесного Суверена», и сейчас Академия Духовных Мастеров, вместе с двумя великими империями, не только отвергает Орден Небесного Суверена, но и находится в смертельной вражде с Орденом Меча. К тому же, сотрудничество с Залом Духовных Мастеров действительно сопряжено с высокими рисками.

— Академия твоя, и ты сам платил за аренду нашей деревни. Решать, конечно, тебе, но я не хочу, чтобы из-за ваших дел пострадали мои односельчане, — предупредил он, после чего перевёл взгляд на Тан Шэньвана.

Тем временем Дай Мубай тоже узнал Молот Небесного Суверена и хаотичную технику боя с молотом. Он недоверчиво посмотрел на Фландрова, но, увидев его выражение, понял: директор Академии, скорее всего, давно знал истинную личность Тан Саня.

— Молот Небесного Суверена! Двойное Духовное Заклинание! — промелькнуло в его глазах, и в голове Дай Мубая уже начали складываться планы.

Нин Жунжун, напротив, сохраняла спокойствие, очевидно, она давно знала о втором Духовном Заклинании Тан Саня.

Чжу Чжуцин, представительница семьи Юмин Чжу, была по-настоящему шокирована. Как член этого рода, она прекрасно знала, что такое Молот Небесного Суверена: его форма, узоры и та тяжёлая, неумолимая аура были невозможно спутать с чем-то другим.

Хотя её поразило сочетание Молота Небесного Суверена и двойного Духовного Заклинания Тан Саня, ещё больше она была шокирована его личностью. Что задумала Академия Шрайка? Ведь речь идёт об Ордене Небесного Суверена!

Благодаря двум Духовным Костям, усиливающим физические качества, и фиолетовому магическому зрачку, который повышал его ментальные способности, Тан Сань за эти годы довел технику хаотичного боя с молотом до уровня девяноста девяти ударов.

Хотя в ней всё ещё было много изъянов, и она не была готова для реального боя, сейчас, благодаря тому, что Тянь Хао сдерживался и ждал, Тан Саню удалось накопить всю мощь хаотичного удара до предела.

— Кровавая Слеза, уходи! — Когда мощь достигла своего пика, Тан Сань с последним ударом послал каплю крови, выкованную до совершенства, в сторону одного из противников.

Да, это была его собственная техника — Кровавая Слеза. Одних лишь его собственных навыков было бы недостаточно, чтобы объединить две техники скрытого оружия, даже в их самых базовых формах. Но сочетание Молота Небесного Суверена и хаотичной техники боя с молотом сделало невозможное возможным.

С помощью техники ковки он сконцентрировал и затвердел силу, превратив её в мощное скрытое оружие, похожее на кровавый кристалл. Оно обладало не только потрясающей пробивной силой, но и взрывным эффектом. Тан Сань был уверен, что даже Духовный Святой не останется невредимым после такого удара.

Однако этот мощный удар был перехвачен всего двумя пальцами.

От такого зрелища Тан Сань был потрясён, но, вспомнив о том, что этот человек способен уничтожить Духовного Мастера девяносто пятого уровня за секунду, он не мог не признать своё поражение, хотя внутри всё ещё чувствовал разочарование и неудовлетворённость.

— Разве разрыв настолько велик?

— Интересный приём. Считайте, что вы прошли испытание, — сказал Тянь Хао, бросив взгляд на кровавый кристалл, и кивнул Тан Саню и Нин Жунжун с их товарищами. Затем он махнул рукой, и поток Духовной Силы подхватил все разбросанные на земле скрытые оружия Тан Саня, сложив их перед ним.

—

Наконец подойдя к сосне, он сел под её ветвями и внимательно изучал кровавую слезу, проявляя к ней явный интерес. Тан Сань, наблюдая за этой сценой, нахмурил брови, и в душе зародилось неприятное чувство. Как ученику клана Тан, ему меньше всего хотелось видеть, как его собственные скрытые оружия становятся объектом чужого изучения. Если бы противник смог разгадать их секреты, это могло бы обернуться серьёзной угрозой. А уж если бы кто-то смог разобраться в технике их изготовления, последствия были бы ещё более плачевными. Однако сила противника была слишком велика, и Тан Сань не имел права даже высказывать своё недовольство. Более того, тот человек смог поймать и сохранить кровавую слезу исключительно благодаря своей мощи, и это лишало Тан Саня последних аргументов.

Когда Тан Сань собрался забрать обратно свои метательные оружия, его зрачки сузились, а на лице застыло недоверие. Оружия были аккуратно расставлены по кругу вокруг фигуры, едва касаясь земли, так что они устойчиво стояли вертикально. Но дело было не только в этом — они были расположены с такой идеальной точностью, что напоминали Духовные Кольца. Даже с его способностью Пурпурного Демонического Зрачка он не мог разглядеть ни малейшего изъяна в этих кругах.

— Хорошенько запомни, вот что значит настоящая сила. Ты ещё слаб, но ты молод, и в будущем ты обязательно сможем стать таким же сильным, — сказал Фландер, заметив, как Тан Сань был подавлен, и добавил несколько ободряющих слов, после чего направился к Нин Жунжун и остальным.

— Я спущу вас вниз. Нин Жунжун, спускайся сама, а Му Бай, отведи Тан Саня с горы, — распорядился он, после чего с помощью Духовной Силы поднял потерявшую сознание Сяо У и едва державшуюся на ногах Чжу Чжуцин и полетел вниз с горы. Нин Жунжун бросила взгляд на Тан Саня и последовала за Фландером.

— Ты сможешь идти? — Дай Му Бай подошёл ближе и осмотрел дрожащие руки и ноги Тан Саня, понимая, что тот явно достиг предела своих сил.

— Благодарю за помощь, старший брат, — ответил Тан Сань, собрав все метательные оружия. Он ещё раз бросил глубокий взгляд на фигуру под сосной, затем кивнул Дай Му Баю.

Создание кровавой слезы и применение техники «Хаотичные Удары Молота» сильно его истощили. Только благодаря исключительной физической подготовке он ещё держался на ногах, иначе бы уже рухнул без сил. Но сейчас он действительно был на пределе — всё тело ныло от боли, и самостоятельно спускаться с горы он не мог.

— Янесу тебя на спине, — не стал много говорить Дай Му Бай, взвалил Тан Саня на спину и, используя силу Духовного Тела, стремительно спустился с горы.

Хотя гора была невысокой, её склоны были крутыми. Без помощи Духовного Тела даже с его силой было бы сложно спуститься плавно, не говоря уже о том, чтобы нести на спине ещё одного человека.

Неся Тан Саня, Дай Му Бай быстро добрался до лавки Оскара. Нин Жунжун и две другие девушки уже были там и с аппетитом уплетают восстанавливающие сосиски. Особенно усердно ела Чжу Чжуцин — её ноги сильно пострадали от принудительного использования техники «Восемь Шагов Демона». Если не восстановить силы как можно скорее, травма могла оставить неизлечимые последствия.

Эти сосиски, хоть и были пропитаны отталкивающим Духовным Заклинанием, действовали отлично, полностью восстанавливая силы.

—

Тем временем Нин Жунжун запихивала огромную восстанавливающую колбасу в рот Сяову, поддерживая её подбородок рукой, чтобы помочь прожевать, и время от времени поливала водой из фляги, помогая проглотить. От этой сцены Оскар, сидевший рядом, онемел от ужаса и крепче сжал ноги, словно сочувствуя той колбасе. Увидев это, Тан Сань, хоть и был недоволен, но промолчал. Ведь Сяову недавно перенесла серьёзную духовную отдачу, и хотя такая колбаса не могла полностью восстановить её психическое состояние, она помогала вернуть силы души и тела, что способствовало заживлению душевных ран.

— Дай одну, — сказал Дай Мубай, протягивая Тан Саню колбасу. — Духовное заклинание малого Оскара, хоть и противное, но эффективное. Не хуже, чем техника лечения у духовных мастеров.

Он усадил Тан Саня на обочине дороги и, взяв с тележки восстанавливающую колбасу, протянул её.

— Спасибо, — поблагодарил Тан Сань, с трудом подняв руку, чтобы принять колбасу. После недолгого колебания он закрыл глаза и откусил кусок.

— Старый похотливец, как расписан график занятий в академии? Когда мы пойдём тренироваться к учителю Юэ? — спросила Нин Жунжун у Дай Мубая, после того как помогла Сяову съесть колбасу.

— Я не старый похотливец, меня зовут Дай Мубай. Можно называть меня старшим братом Дай или просто Дай, — поправил её Дай Мубай, нахмурившись.

— Твои слова были бы убедительнее, если бы ты отвёл взгляд от моих ног, — съязвила Нин Жунжун, внутренне сомневаясь в правильности решения своего отца. Эта Академия Шрек не представляла собой ничего выдающегося, даже скорее наоборот — была полна подводных камней. Единственным плюсом здесь был учитель Юэ, а всё остальное — сплошной хлам. Оба старших брата, которых она сегодня увидела, оказались распутниками, и один из них даже выглядел измождённым от своих утех.

— Что это за академия?! — возмущалась она про себя.

Чжу Чжуцин не испытывала никаких чувств к внешности Дай Мубая. Она прибыла в город Сото ещё полмесяца назад и тайно расспрашивала о поступках своего женихa за последние три года. Результаты разочаровали её. А когда она регистрировалась на входе в академию… нет, на входе в ворота академии, она видела тот взгляд и выражение лица Дай Мубая. Очевидно, он не был рад её появлению. Это разозлило и разочаровало её ещё больше. Особенно неприятно было наблюдать, как в присутствии своей невесты он всё время уделял внимание другой девушке. Чжу Чжуцин даже начала жалеть, что приехала в Империю Тяньдоу.

К счастью, у этой поездки была и другая цель: она стала ученицей учителя Юэ, что давало ей возможность освободиться от оков семьи и обрести свободу.

Дай Мубай, уличённый Нин Жунжун, смутился. Однако ноги у неё действительно были прекрасны: стройные, прямые, белоснежные и нежные — на них можно было любоваться целый год.

— График занятий в академии прост, — начал объяснять Дай Мубай. — Кроме совместных тренировок для развития взаимопонимания и слаженности, остальное время вы распоряжаетесь самостоятельно. Но в этом году, наконец, набралось семь учеников, так что директор, вероятно, захочет подготовиться к турниру духовных мастеров. Время для групповых тренировок, скорее всего, увеличат.

У учителя Юэ нет особых ограничений — можно прийти даже глубокой ночью, если потребуется, ведь учитель Юэ не спит.

— Не спит? — Нин Жунжун была крайне удивлена и ещё сильнее заинтересовалась этим учителем.

— Когда мастерство владения мечом и духовная сила достигают определённого уровня, можно отказаться от сна, или, вернее, сон уже не нужен для восстановления энергии, — пояснил Оскар, бросив взгляд на Нин Жунжун, которую он нашёл весьма привлекательной.

— В академии всегда было так мало учеников? — спросил Тан Сань, которого больше интересовала сама академия. Из слов Дай Мубай казалось, что учеников здесь всегда было немного.

При упоминании этой темы Дай Мубай лишь горько улыбнулся, а Оскар выглядел смущённым.

— За двадцать лет с момента основания нашей академии Шрек мы приняли всего сорок два ученика. В этом году, приняв вас четверых, мы побили рекорд. В последние два года учеников вообще не набирали, и здесь оставались только я, маленький Оскар и Ма Хунцзюнь — всего трое.

— Трое учеников?! — Тан Сань был шокирован. Что это за академия такая?

Дай Мубай саркастически заметил:

— Ты правильно услышал — трое. На всём континенте Доуло наша академия Шрек, пожалуй, единственная, где учителей больше, чем учеников. Даже с вами учеников всё равно меньше, чем преподавателей.

— Неудивительно, что на нас жалуются, — не удержалась от комментария Нин Жунжун. Она видела, как много людей стояло в очереди на поступление, и некоторые даже прошли первый этап, но в итоге остались только они четверо. Это говорит о том, насколько низка вероятность поступления. Многие даже не дошли до последнего испытания, поэтому неудивительно, что люди были недовольны и подали жалобу.

Эти слова заставили Дай Мубая и Оскара чувствовать себя ещё более неловко. Они тоже считали, что правило приёма, установленное директором, несправедливо, особенно когда Дай Мубай постоянно вынужден был участвовать в отборе в качестве «силового» помощника, что было крайне неудобно.

— Где мы будем жить? — Нин Жунжун посмотрела на небо и спросила о жилье.

Окружающая обстановка явно не предвещала наличия чистых и новых общежитий. Учитывая правила поступления, которые выглядели как обман, вряд ли для них были подготовлены места для проживания. Возможно, вскоре им даже придётся убирать помещения, поэтому нужно было поторопиться, чтобы не остаться без крова с наступлением темноты.

— Идите за мной, — сказал Дай Мубай, понимая, что время уже не раннее. Он кивнул остальным и направился вглубь деревни.

— Вот пятьдесят медных Духовных Монет, я хочу взять с собой немного колбасы, — сказал Тан Сань, с трудом поднявшись на ноги. Он немного адаптировался, убедился, что может ходить, и протянул Оскару пятьдесят монет.

Травмы, полученные из-за чрезмерного использования Духовного Заклинания «Кровавые Слёзы», были серьёзными, и одна восстанавливающая колбаса не помогла бы — нужно было больше.

— Между товарищами не принято говорить о деньгах, — ответил Оскар, не принимая монеты. Он упаковал в бумажный пакет десяток колбас для Тан Саня, а затем добавил ещё по пакету для Нин Жунжун и Чжу Чжуцин. — К тому же, моя колбаса сохраняет свои свойства только один день, после чего исчезает.

— Спасибо! — поблагодарили они.

Чжу Чжуцин вежливо поблагодарил, затем, опираясь на руку Нин Жунжун, последовал за Дай Мубаем. Тан Сань, проглотив подряд три больших восстановительных сосиски, наконец-то подошёл, чтобы взвалить на спину Сяо У, и тоже направился за Дай Мубаем.

— Турнир Духовных Заклинателей! — провожал взглядом удаляющиеся фигуры Оскар, тихо проговорив про себя, и в его сердце зародились волнение и предвкушение.

Будучи Духовным Заклинателем, да ещё и с врождённой полной силой души, он, разумеется, мечтал принять участие в Турнире Духовных Заклинателей. Однако Академия Шрэка была слишком необычной: с момента её основания число учеников ни разу не достигало семи, и даже команду-то набрать было невозможно. К тому же у Академии не было сертификата, она считалась неофициальной и не имела права участвовать в турнире. Говорят, что прежние выпускники могли лишь сидеть на трибунах и наблюдать за соревнованиями других академий, и от одной мысли об этом Оскару становилось невыносимо больно.

Но теперь всё изменилось: в Академии наконец-то набралось семь учеников, и все они были не лишены таланта и силы. У него появился шанс принять участие в Турнире Духовных Заклинателей. В своём возрасте он ещё сможет поучаствовать в двух турнирах и обязательно проявит себя. Пусть не завоёвывать冠, но хотя бы пробиться в финал, чтобы его записали на кристалл памяти Храма Духовных Заклинателей, и тогда весь мир увидит его. Пусть даже не весь мир, но хотя бы те, кто смотрит записи.

Не обращая внимания на мечты Оскара, Дай Мубай тем временем привёл Тан Саня с его компанией к двухэтажному деревянному дому.

— В соседнем доме живут я, Оскар и Толстяк, — объяснил Дай Мубай. — Тан Сань, ты потом пройдёшь со мной, и мы поселим тебя там. А этот дом теперь ваш, но за последние несколько лет у нас не было учениц, поэтому тут требуется уборка.

Дай Мубай смущённо оглядел помещение, покрытое толстым слоем пыли. Хотя Академия регулярно нанимала местных жителей для уборки, они убирали только те помещения, где жили люди. Пустующие комнаты оставались нетронутыми, в основном из-за чрезмерной экономии директора.

— Я так и знала, — пробормотала Нин Жунжун, тут же вызвав свою Духовную силу — Семицветную Пагоду. Она разделила силу на семь потоков, достала кувшин и, перемешав воду с Духовной силой, создала семь водяных щупалец, которые ловко заскользили по комнате, поднимая пыль и превращая её в грязную воду.

— Метод раздельного контроля! — зрачки Тан Саня сузились, вспомнив о тайной технике, о которой когда-то рассказывал его учитель.

Дай Мубай и Чжу Чжуцин тоже были явно удивлены — они узнали эту технику.