Внутреннее пространство **Арены Адского Избиения** выглядело ещё более убогим, чем её внешний облик. Внутри располагалась огромная платформа для боёв, окружённая рядами трибун, уходящих вверх. Несмотря на внушительные размеры трибун, зрителей было немного. В этот момент на арене шёл бой, и воздух прорезали душераздирающие крики. Из десяти участников семеро уже лежали бездыханными, а оставшиеся продолжали сражаться.

При входе Тан Сан и Тан Цзюлу вылили свои кровавые «Мэри» в огромную ёмкость у входа. Затем они прошли внутрь и устроились на одном из задних рядов. Едва они успели сесть, как почувствовали на себе пристальные взгляды. Кроме зрителей, на них смотрела и Ху Лена. Тан Сан и Тан Цзюлу выделялись своей внешностью, но здесь их видели впервые, что вызвало у многих интерес. Обычно такие люди были новичками, но отсутствие рядом с ними проводника заставляло сомневаться, и пока никто не решался подойти.

Вскоре объявили номер Тан Саня. Он поднялся, махнул рукой Тан Цзюлу и спустился на арену. Тан Цзюлу, подперев подбородок рукой, стала ждать начала первого боя своего брата.

В этот момент рядом с ней села Ху Лена.

— Не ожидала, что он выйдет первым, — заметила Ху Лена.

Тан Цзюлу улыбнулась:

— Пусть попробует силы. Нам всё равно придётся сражаться по одному. А если мы случайно попадём на одну арену, это будет не очень хорошо.

Ху Лена бросила на Тан Цзюлу долгий взгляд, её глаза блеснули, прежде чем она спросила:

— Почему ты тогда не согласилась?

Тан Цзюлу, наблюдая за тем, как Тан Сань прыгает на арену, слегка приподняла уголок губ:

— Не согласилась на что? Стать святой девой Храма Душ?

Она почувствовала, как от соседей исходит раздражение и гнев, и улыбнулась:

— Разве это не даёт тебе шанс?

— Я отказалась, потому что ваши амбиции могут разрушить мою жизнь, — ответила Тан Цзюлу.

Её первое заявление вызвало в душе Ху Лены невыразимое раздражение. Что она имела в виду под «это даёт тебе шанс»? Но следующая фраза заставила её замереть.

Тан Цзюлу не обратила внимания на эмоции Ху Лены и продолжила:

— На самом деле, если бы ваш Папа Римский согласился на моё первое условие — не трогать тех, кто рядом со мной, — то что значило бы присоединение к Храму Душ? Это всего лишь организация.

Ху Лена была потрясена, её взгляд стал сложным:

— Всего лишь организация? Ты создала Альянс Душ, собрав столько мастеров и столько титулованных боевых душ! Ты готова от всего этого отказаться?

Тан Цзюлу удивлённо обернулась:

— Отказаться? Зачем? Если я присоединюсь к Храму Душ, разве они не последуют за мной?

— Просто… — начала Ху Лена.

Уголки губ Тан Цзюлу слегка тронула едва заметная улыбка: «Когда наступит тот момент, борьба уже не будет сражением между двумя внешними организациями, а превратится во внутреннюю войну в Храме Душ.»

Ху Лена вздрогнула всем телом, её платье на спине уже промокло от холодного пота. Эта женщина была слишком страшна. Она могла без колебаний отказаться от созданной ею же власти, и это было бы ещё полбеды. Но главное — она могла увести всех своих людей и присоединиться к Храму Душ. Если она действительно займёт место Папы, то разве не превратится Храм Душ в Союз Душомастеров?

Ху Лена глубоко взглянула на Тан Цзюлу: «Неудивительно, что Его Величество не согласилось.»

Тан Цзюлу улыбнулась: «Поэтому ваш Храм Душ до сих пор стоит незыблемо. Этот Папа действительно впечатляет.»

Ху Лена почувствовала, как что-то сжалось у неё внутри. Слова звучали как похвала Храму Душ, Папе, её учителю. Но почему-то они вызывали у неё лишь неприятное чувство. Она с раздражением бросила взгляд на Тан Цзюлу, а затем перевела взгляд на сцену.

На сцене десять человек уже заняли свои позиции, готовые к бою. Ху Лена холодно фыркнула и снова перевела разговор на Тан Саня, стоящего на сцене.

«Оказывается, ты не присоединяешься к Храму Душ только ради Тан Саня и его людей.»

«Но ты так ветрена! Тан Сань выглядит таким упрямым, кто знает, кто победит, когда они начнут драться!»

Улыбка на губах Тан Цзюлу стала ещё шире: «Конечно, победит Сань-ге!»

На арене смерти Тан Сань стоял спокойно, глядя на девятерых противников, поднявшихся на сцену вместе с ним.

«Бой начинается!» — раздался голос.

Могучая аура убийства мгновенно накрыла всю арену. Возможно, Тан Сань был слишком красив, и девятеро противников, лишь бросив на него взгляд, дружно бросились в атаку. Тан Сань неторопливо протянул руку, и в его ладони внезапно появился тёмный молот. Взмахнув им, он ринулся вперёд.

Ху Лена вздрогнула: «О боже, неужели ты нашла учеников Хао Тяньцзун? Ты хочешь расколоть Хао Тяньцзун?»

Улыбка Тан Цзюлу стала ещё ярче: «Ты веришь, что если я захочу, то смогу выбрать любых учеников Хао Тяньцзун?»

Тан Сань — это и есть ученик Хао Тяньцзун, в этом нет ничего странного.

Ху Лена замерла, её дыхание сбилось, и она с новым интересом посмотрела на Тан Саня, сражающегося на арене смерти. Она хотела увидеть, как сражаются ученики Хао Тяньцзун.

Остальные зрители, стоящие рядом, время от времени бросали взгляды в сторону Тан Цзюлу. Этот незнакомец, похоже, был знаком с Ху Леной! Это было последнее, что они ожидали.

Но ещё более неожиданным было то, что рядом с Тан Цзюлу внезапно появилась женщина в чёрной вуали.

«Разве это не проводник для новичков?» — прошептал кто-то.

«Значит, он новичок?»

«Новичок в Городе Убийств, который сразу же идёт на бой? Не боится смерти.»

«Но они знакомы с Ху Леной…»

«И что с того, что знакомы? Она же не будет за ними постоянно следить…»

«И вправду так», — зашептались многие, обмениваясь взглядами и всё чаще косясь в сторону Тан Цзюлуя. Но в этот момент с арены внезапно донесся пронзительный крик боли, который мгновенно привлёк внимание всех присутствующих.

Тан Сань стоял в самом центре, наступив ногой на грудь одного из соперников. В его руках огромный чёрный молот, который с оглушительным грохотом обрушился на землю, раздробляя ноги несчастного. Именно этот человек и издавал душераздирающие крики. Остальные участники боя с опаской наблюдали за Тан Санем, застыв в ужасе.

Тан Сань слегка надавил ногой — и крики стихли навсегда. *Если из десяти должен выжить только один, то жалости здесь нет места.* Чёрный молот, мерцающий в воздухе, как молния, обрушился на оставшихся соперников. Их силы были ничтожны по сравнению с его мощи. Всего через минуту битва закончилась. Тан Сань победил!

Он убрал в рукав свой грозный молот — «Хаотяньчуй» — и лёгким прыжком оказался рядом с Тан Цзюлуем. На нём не было ни капли крови, ни следа битвы. Те, кто ещё недавно посматривали на Тан Цзюлуя с алчностью, теперь поспешно отводили глаза. *Такого силача лучше не злить!*

****